Люблю оттого, что болит

Авторы:-
Издание:Огонек
Дата (номер):1988. - №25
Размещено:22 сентября 2016

Незнакомый молодой поэт должен приходить в литературу не с гладким чемоданчиком аккуратно подогнанных стихов, а с мешком, набитым острыми гвоздями, которые выпирают в разные стороны и задевают меня и ранят, и его боль становится моей болью.

Он говорит об окружающем меня знакомом мире знакомыми словами, но расположенными в необычных сочетаниях, отчего конструкция этого мира предстает передо мной объемной. Он открывает мне многослойный смысл явлений и такие глубины, под которыми не пустота, а новый смысл. Тогда, пораженный его зоркостью, я кричу, плачу вместе с ним и вместе с ним ликую, потому что его мир становится как бы моим.

Так я воспринял стихи А. Башлачева, поэта незнакомого, но истинного, сказавшего свое слово с подлинным вдохновением и неугасающей болью.

Б. ОКУДЖАВА

***

Александр Башлачев родился в 1960 году в Череповце. Окончив Уральский университет, он переехал в Ленинград и в скором времени удивил и покорил своими песнями молодых слушателей в обеих столицах, принеся с собой знание «остального» мира, начинающегося за кольцевыми дорогами мегаполисов. Его голос оказал большое влияние на так называемую рок-культуру, окончательно сформировавшуюся у нас в восьмидесятые годы и получившую, наконец, доступ к средствам массовой информации.

В нынешнем году Александр Башлачев ушел из жизни. Это первая публикация его стихов. Мы выбрали произведение балладного характера. Без гитары, конечно, они теряют неповторимость авторской манеры, но в отличие от многих бардов и создателей роковых текстов у Александра Башлачева, на наш взгляд, энергия содержится в самих строчках, лишенных музыкальной поддержки. В них есть боль — единственная непреложная традиция отечественной поэзии:

Объясни — я люблю оттого, что болит,
Или это болит оттого, что люблю?

Ожидается выход пластинки Александра Башлачева.

ГРИБОЕДОВСКИЙ ВАЛЬС

В отдаленном совхозе «Победа»
Был потрепанный старенький «ЗИЛ»,
А при нем был Степан Грибоедов.
И на «ЗИЛе» он воду возил.

Он справлялся с работой отлично.
Был по обыкновению пьян.
Словом, был человеком обычным
Водовоз Грибоедов Степан.

После бани он бегал на танцы.
Так и щупал бы баб до сих пор.
Но случился в деревне с сеансом
Выдающийся гипнотизер.

На заплеванной маленькой сцене
Он буквально творил чудеса.
Мужики выражали сомненье,
И таращили бабы глаза.

Он над темным народом смеялся.
И тогда, чтоб проверить обман,
Из последнего ряда поднялся
Водовоз Грибоедов Степан.

Он спокойно вошел на эстраду,
И мгновенно он был поражен
Гипнотическим опытным взглядом,
Словно финским точеным ножом.

И поплыли знакомые лица…
И приснился невиданный сон —
Видит он небо Аустерлица,
Он не Степка, а Наполеон!

Он увидел свои эскадроны.
Он услышал раскаты стрельбы
И заметил чужие знамена
В окуляре подзорной трубы.

Он легко оценил положенье,
И движением властной руки
Дал приказ о начале сраженья,
И направил в атаку полки.

Опаленный горячим азартом,
Он лупил в полковой барабан.
Был неистовым он Бонапартом —
Водовоз Грибоедов Степан.

Пели ядра, и в пламени битвы
Доставалось своим и врагам.
Он плевался словами молитвы
Незнакомым французским богам.

Вот и все. Бой окончен. Победа.
Враг повержен. Гвардейцы, шабаш!
Покачнулся Степан Грибоедов,
И слетела минутная блажь.

На заплеванной сцене райклуба
Он стоял, как стоял до сих пор.
А над ним скалил желтые зубы
Выдающийся гипнотизер.

Он домой возвращался под вечер
И глушил самогон до утра.
Всюду чудился запах картечи,
И повсюду кричали «Ура».

Спохватились о нем только в среду
Дверь сломали и в хату вошли.
А на них водовоз Грибоедов,
Улыбаясь, глядел из петли.

Он смотрел голубыми глазами.
Треуголка упала из рук.
И на нем был залитый слезами
Императорский серый сюртук.

articles_00060_1