Историческое отступление: от «Люрса» до «парадняка»

Кафе-ресторан «Люрс»
Ежедневно, с 11.30 до 3 час. ночи
Наше кабаре
«Живи, пока живется»

Ничего подобного на страницах «Вечерней Москвы» современник БИТЛЗ, конечно, не увидел бы. И беда не в том, что не было «Яра», «Максима» и «Люрса» — беда в том, что не стало стоявшей за этой рекламой культуры.

В незапамятные времена у европейцев сформировалась традиция общедоступных заведений, которые, помимо прямого коммерческого назначения — еда и питье, выполняли еще функции культурных центров и демократических клубов. Там выступали поэты и певцы, происходили дискуссии, составлялись всевозможные литературно-художественные манифесты и создавались группы: многие великие дела начались, как ни странно, именно за ресторанными столиками.

Несмотря на сокрушительный удар, нанесенный по всякой нормальной человеческой жизни отменой НЭПа, такие кафе возродились после войны в облике т. н. «шалманов», где

Последний шарманщик, обломок империи,
Все пылил перед Томкой павлиньими перьями,
Он выламывал, шкура, замашки буржуйские,
То, мол, теплое пиво, то мясо прохладное,
И играла шарманка про сопки манчжурские,
И спала на плече обезьянка прокатная.

Посетители, среди них было много фронтовиков, могли дешево и сравнительно неплохо поесть, послушать песни, выпить, поговорить. В начале 50-х эти рассадники вольнодумства начала пригребать все та же заботливая метла. Отсюда и берет начало тот вид досуга, который считается теперь чуть ли не изначально присущим русской нации:

Сначала пили за ларечком, в закуточке,
Но это были, так сказать, еще цветочки,
Потом в скверу, где детские грибочки.
Потом не помню: дошел до точки.

Естественно, что после закрытия дешевых «ресторанов 3-го класса» основная масса людей, которым дорогие рестораны не по карману, начинают собираться по подъездам — «параднякам» — и уже не закусывают. В ответ на что изобретается новая форма бытового обслуживания населения — вытрезвитель.

В связи с появлением рок-музыки и бардов была сделана очередная попытка возродить культуру кафе. Благо тогда администрация каждой «точки общепита» имела право самостоятельно заключать договоры с музыкантами. И некоторые кафе («Молодежное» и «Времена года» в Москве, «Сонеты» в Ленинграде и др.) на время стали настоящими центрами современной музыки. Но время это было строго отмерено. Вместо культуры посетители кафе и ресторанов получили «ОМА» — Объединение Музыкальных Ансамблей — централизованные конторы по надзору за ресторанными музыкантами в каждом городе.


Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *