Периферия

Кажется само собой разумеющимся, да так, впрочем, всегда и было, что культура на периферии развивается через подражание центру: так появляются десятки «машин», «воскресений» и «россиян», похожих на первоисточник, как лицензионный диск на фирменный — почти то же самое, только гораздо хуже качеством. Вопреки этому универсальному закону областные города с 1983 г. демонстрируют столицам совершенно оригинальный и вполне конкурентоспособный рок.

Как заметил музыковед Ю. С. Дружкин, усвоение заимствованного явления культуры происходит так: по мере его распространения из круга космополитической элиты в разные регионы и в разные слои, народа, нововведение подвергается трансформации под влиянием местных условий и традиций. В результате то, что было этнически чужеродным, оказывается наполовину своим, «почвенным». А через несколько десятилетий вчерашняя новация столь прочно врастает в народный обиход, что сам вопрос о ее происхождении вызывает недоумение. Чайная церемония? Конечно, Япония! Гармошка? Конечно, Россия!

Молодой учитель рисования из башкирской столицы Уфы Юрий Шевчук представлял собою тот основательно повыбитый XX-м веком российский тип, который некогда покорял Чукотку для царя Алексея и дрался насмерть с царем Петром за вольность. По-пролетарски простой в общении, Юра начитан как мало кто из столичных интеллигентов, так что даже уральский эрудит Илья Кормильцев, автор текстов НАУТИЛУСА, с удивлением признал однажды: «Шевчук знает больше стихов, чем я…»

Начинал Юра как бард — с акустической гитарой, потом в одном из ДК познакомился с местной командой — «заслуженным Хендриксом Башкирской АССР» Рустамом Асанбаевым, Владимиром Сигачевым, который скромно сравнивает себя с Лордом, и Геннадием Родиным. Так в 1981-ом году появился ДДТ. История этой группы описана не раз, и так подробно, что нет смысла повторяться: лучше напомнить самое важное, ускользающее от внимания. Шевчук вовсе не был у себя в Уфе гонимым аутсайдером, напротив: в качестве автора-исполнителя он получил официальное признание, стал лауреатом республиканского конкурса, а затем и Всесоюзного «Золотого камертона», где выступал в финальном концерте вместе с эстрадной звездой Катей Семеновой. (Жюри так и не поняло, о чем поется в песне «Не стреляй»). В принципе, перед ним открывалась именно та самая дорога, которую он нарисовал в одной из ранних песен:

И вот, все блага в этой жизни получив,
Я бодро пел чужой слащавенъкий мотив,
Кричал со сцены чьи-то глупые слова,
Зато прекрасно шли хрустящие дела!

Он уже получил солидные предложения от «советских композиторов»: «Записываете четыре песни, из них три моих, а я вам пробиваю пластинку на «Мелодии»… а вместо этого отправился в Череповец, где записывал с местной группой РОК-СЕНТЯБРЬ совсем другое:

Улететь, убежать, уползти из этого ада,
Ничего мне не нужно от вас, ничего мне не надо!

А потом в уфимском бункере он записал «Периферию» (1984), наверно, лучший альбом русского рока (именно как альбом, то есть цельное произведение от первой ноты первой композиции «WE ALL LIVE IN UFA», исполняемой на трех языках, до последней ноты знаменитой «Периферии»). Как раз панорама башкирской деревни из этой песни

Навоз целуют сапоги, кого-то мочат у реки.
Контора пьяных дембелей, за ребра лапая девчат,
О службе матерно кричат и отгоняют кобелей…

навлекла на его голову дикую ярость местной правящей мафии, чьи нравы (ставшие достоянием газет при Горбачеве) мало отличались от рашидовских и алиевских.

Судьба архангельского ОБЛАЧНОГО КРАЯ складывалась более прямолинейно. Три друга из одного подъезда, Сергей Богаев, Олег Рауткин и Николай Лысковский, увлеченные хард-роком, приняли участие в областном фестивале. Они выступили на голову выше многих прочих, но лауреатами не стали. Еще бы: до них семь составов подряд исполняли «Малиновки заслыша голосок», а они играли «какую-то отсебятину» на стихи Константина Симонова. С тех пор для них была открыта разве что комната в ДК судоремонтного завода «Красная кузница», где Богаев работал электриком. На двух бытовых магнитофонах была осуществлена уникальная запись хард-роковых композиции трех первых альбомов; с альбома «Ублюжья доля» (84) в работе КРАЯ принимали участие ленинградский звукорежиссер Андрей Тропилло и один из барабанщиков АКВАРИУМА Евгений Губерман. ОБЛАЧНЫЙ КРАЙ — видимо, единственная в стране хард-группа с яркими и более чем осмысленными текстами. Комментаторы независимой прессы обнаруживали в их альбомах «эпический северный размах».

Особая независимая рок-культура формировалась в стане Урала, и определяла ее группа СОНАНС, основанная мечательным пианистом Александром Пантыкиным и гитаристом Игорем Скрипкарем в 1976-ом году. СОНАНС — сложный арт-рок с уклоном в классику. Записав в 1980-м альбом «Шагреневая кожа», где музыкальные изыски сочетались с мягким юмором текстов, СОНАНС распался «пантыкинскую» фракцию — УРФИН ДЖЮС и скрипкаревский ТРЕК, в котором дебютировала рок-певица Настя Полева. Студийные записи обеих команд к 1983-му году широко распространились по стране.

В Москве тогда утвердилось своеобразное отношение к свердловским рокерам. Мол, это замечательные музыканты, обладающие настолько весомым багажом профессионализма, что с такой тяжестью за плечами им трудно преодолеть рубеж десятилетий: 70-ых и 80-ых. Рок-симфонии с абстрактно-космическими текстами выглядели действительно старомодно на фоне сленга АКВАРИУМА и ВЫХОДА или рыженковских «песен на бытовой сюжет». Хотя вдумчивый исследователь уже в 1983-ем году мог бы предположить, что группа, которая сумеет, не теряя присущего свердловчанам профессионализма, соотнести свое творчество с актуальными и болезненными проблемами 80-ых, неминуемо выйдет на первые роли в советской рок-музыке. Так и случилось в конце концов с НАУТИЛУСОМ (формально основан в 1978- ом году студентами Уральского архитектурного института Вячеславом Бутусовым и Дмитрием Умецким, первые записи относятся к 1982-му году).

Стратегическое преимущество «рок-периферии» над обеими столицами заключалось не только в «близости к народу» (что тоже немаловажно), но и в том, что периферийные группы отставлены от всякого рода модно-престижных тусовок — за неимением таковых… По свидетельству Владимира Сигачева ДДТ уфимского состава за пять лет дало всего один (!) электрический концерт. Соответственно, согласно закону сохранения энергии, у них оставалось больше времени и сил для прилежной и кропотливой работы в студии — а именно это стало приобретать решающее значение.

Впрочем, в 1982 — 83-ем годах АКВАРИУМ с новым лидер-гитаристом Александром Лялиным остается гегемоном. В звукозаписи гегемония поддерживается благодаря студии Андрея Тропилло «Антроп» (любопытное сокращение!), оснащенной списанной государством техникой, где рождались также альбомы КИНО, ЗООПАРКА, МИФОВ, АЛИСЫ и многих других. Летом 1982-го группа БГ достигает пика своей концертной формы. С ней выходят на сцену инструменталисты мирового класса — пианист Сергей Курехин, саксофонист Владимир Чекасин и джазовая (а также цыганская) певица Валентина Пономарева, составляющая с БГ уникальный дуэт. В том же году лучшие композиции АКВАРИУМА соединяются в альбоме «Табу» (хотя многие отдают предпочтение концертным вариантам в виде бутлегов — записей, распространяемых без ведома авторов).


Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *