Cat Ниоткуда

Cat НИОТКУДА, г. Санкт-Петербург

НА РЕКЕ

У речных берегов
На почин дорогой,
Да за нами вдогон,
Гроздьями –
У осоки-травы
Ни бедовой молвы,
Ни имён дождевых –
Розданы.

Верстовые рябят,
Ворох струн теребя,
Перебором тебя
Радовать.
Ни покоя, ни сна,
Опрокинута снасть,
Между нами ясна
Радуга.

Как на речке, на реке светлой
Нам с тобой коротать век ли,
На высоких берегах, в полночь
Наливные облака полнить.

Как на речке, на реке быстрой
Разбегаются кругом искры,
Звёздно на воду глядеть, росно –
Кто-то высыпал в окно просо.

Как-то на речке, на реке дальней
Сорок осеней зимы ждали –
Кто-то в рыжих ковылях в пояс
Снеговых коней с руки поит.

Как на речке, на реке чёрной
Хороводят упыри-чёрты.
А ты не слушай, я не то плачу,
А не то – пою тебе песни…

У речных берегов
Кабы дым, да огонь,
Ты тогда о другом
Понял бы.
Кабы дым, да… Представь:
От креста до креста
Всё верста. Да и та –
По небу.

Верстовые рябят,
Ворох струн теребя,
Перебором тебя
Радовать.
Ни покоя, ни сна,
Опрокинута снасть,
Между нами ясна
Радуга.

Прочь, бесы!..
Чёт, да нечет,
Тебе, гордецу, сума на плечо,
Далеко-далеко,
Не рукой подать.
Пей, государь…

ОСИННИЦА

Облака, да в стаи белые, по два в круг
Поднимала легкокрылая Вестница,
Выходило ясно солнышко ко двору,
На подворье в пояс кланялось месяцу.
Выходило ясно солнышко в холодок,
Горицвету улыбалось доверчиво,
Принимало утро раннее на ладонь,
Зарекалось воротиться до вечера.

Здравствуй, тёмный лес, да поле широкое,
Здравствуй, путь за облака в небо синее,
А по душе скребут полозья дорогами,
По земле цветут болота осинами…

Стало на две ночи тяжелей,
Венчан на благо, да нездоров,
К вечеру не о чем пожалеть,
Вечен – на ладан, да без дорог.

Облака, да в стаи белые, по два в круг
Пропадали потаёнными тропами.
Как плясали с плачем верные по ветру,
Горе-радугу оставив нетронутой.

Как носили волчью ягоду небесам,
В чистом поле буйный ветер потешили,
Как делили замлю-матушку на всех,
Частоколом иноверцев повешали…

Кругом да около, с молотка –
Шитые сотами образа.
Вроде бы – околом к облакам,
К небу высокому, да назад.

Стало на две ночи тяжелей –
Венчан на благо, да нездоров.
В вечеру не о чем пожалеть,
Вечен – на ладан, да без дорог.

* * *

Безымянный закат потерялся отрадою поздней.
Не становятся старше достигшие трёх десятин.
Только мне в изголовье рассыпали горькие гроздья –
Земляничный пожар дорогого, лихого пути.

А тебе и беда не беда, пропадал далеко сам,
Плач, когда мы уйдём от покинутых Богом столиц?
От тебя до меня тает тонкая радуга в косы,
От меня до тебя воронёные рельсы легли…

А в колодцы-дворы только синее утро заглянет,
Опрокинется рань, наши песни от нас утаит,
В чистом поле гроза, там пируют хмельные буяны,
И косыми крестами тревожат дороги Твои.

На дорогах твоих вечера горячат хлебосолом,
И вопит вороньё, облака обряжая в стихарь.
Нам от мира сего – купола и тугие засовы,
От продажных небес – покаянная радость греха.

А в моём изголовье рассыпаны горькие гроздья –
Земляничный пожар дорогого, лихого пути.
Только в небе закат потерялся отрадою поздней.
Не становятся старше достигшие трёх десятин.