Tag Archives: НЕ ЖДАЛИ

Тариф на час

От редакции: 14 февраля сего года в нашем городе имело место историческое событие. РОК-КЛУБУ ЦМИ удалось наконец, сломав железные рамки тарификационной комиссии Городского управления культуры, показать свое творчество и группы, с целью получить право, грубо говоря «выступать за деньги», да и выступать вообще.

Итак: ПОКАЗАНИЯ ОЧЕВИДЦА:

ТАРИФ НА ЧАС

Тариф — установленная официально роспись обложения и платы
на железных дорогах, пароходах, телеграфе, почте и т. п.
Тарификация — определение тарифа…

Словарь иностранных слов.

Скептические улыбки появились чуть позже. К моему приходу эти люди вели мирную беседу друг с другом — был перерыв. Остальной народ, «покуривая и поплевывая», волнами ходил по залу и фойе, заглядывая в туалеты. Одна такая волна выплеснулась на сцену, где растеклась между микрофонными стойками, колонками и барабанами.

— Они хотели узнать, что есть интересного. Но они слышали это первый раз. Мы слушаем этих музыкантов и на концертах, и всюду… Там много народа и легче получается, а на экзамене просто не получилось — надо другой билет взять.

Таким образом откомментировал происшедшее Рихо Бауман. Но это было после.

* * *

Впервые «Кухня» появилась «на горизонте» 14 февраля 1987 г., выступив в ДК им. Я. Креукса в качестве одного из участников программы рок-клуба на рекламном мероприятии ЦМИ. Войдя в контакт с другой таллинской группой «Частная Практика», «Кухня» благополучно приняла в свои ряды некоторых «частно практикующих» музыкантов и, сменив колпак повара на фрак гостя, под новыми именем «Не ждали» замечательно отыграла программу песен «Битлз» на празднике, посвященном 25-летию означенной группы.

На тарификации (о которой, собственно, и идет речь) «Не ждали», вытянули с первого раза счастливый билет, что помогло им стать в тот день лучшими и получить место в тарификационной «табели о рангах» под загадочным названием «1 В» (читается — «один бэ»). Место хорошее, лучше него только «1 А». В скором времени на лицах членов жюри стали проступать те самые улыбки, с которых автор настоящих заметок посмел начать свой рассказ. Именно тогда у автора, пришедшего послушать музыку и затем что-то написать о музыкантах, появилось твердое желание написать «что-то» о самой тарификации как о природном феномене, и, может быть, указать причины, породившие этот феномен, а также условия, позволившие последнему казнить и миловать.

Ведь страшно подумать! «Лед Зеппелин» не имели тарификации! «Роллинг Стоунз« не имеют до сих пор! А Дженис Джоплин? А Джими… Да что там! Появись Высоцкий не 25 лет назад, а сейчас , — кто бы его — неизвестного, плохо играющего на гитаре, — тарифицировал?!

Вот и складывается такая ситуация, когда рок-музыканты (часто неосознанно, против воли), зная примерно, что нужно комиссии, играют для нее в ущерб собственной музыке, а значит, и музыке вообще.

В нашем случае оценивалось ансамблевое мастерство, т. е. техника, сыгранность и т. п., но никак не музыкальные и просто идеи, поскольку в противном случае группа «Стоп» или группа «Ливень» не получили бы положительной оценки. К сожалению, такого рода противные случаи весьма редки. Мы же лицезреем другое. Если молодые музыканты «Стопа» были в целом наивны, то уже не столь молодые «Ливни» сумели превратить наивность в банальность, в сотый раз перепахав своей программой поле максимально крутого разрешенного ВИА-рока конца 70-х.

Читатель, наверное, понял, что действия жюри свелись в конечном итоге к элементарному можно-нельзя. «Льзя» — это категория «два цэ» (см. выше), а «низя» — это «низя и все». Но пока музыканты играли, жюри молчало, лишь изредка поторапливая выступавших и прося их со сцены уже после двух песен вместо положенных трех.

Трудно сказать, почему «низя» получила группа «Табу» (бывший «Динамит»). Умение Тименцева (лидера сего коллектива) играть на гитаре, думается, ни у кого не должно вызывать сомнения; некоторая разлаженность объясняется просто — с 18 лет начинается призыв в СА: одни музыканты уходят, другие приходят… А репетировать негде, а время идет…

Кстати, из всех групп, прошедших перед тарификационной комиссией, только «Не ждали» имеют более-менее нормальную репетиционную базу — ГРДТ. Остальные… «Таллинский вариант», к примеру, в лучшем случае репетирует у кого-нибудь дома. А перед выступлением в «Доме игр» (процедура тарификации имела место именно в нем) репетиция прошла в туалете указанного заведения. В результате — «низя». А ведь «Таллинский вариант» — одна из самых кайфовых (в лучшем смысле этого слова) команд. Такого чисто рокового балаганного «feeling’a» нет почти ни у кого. Плохо, что это качество сопровождается наплевательским отношением к «торговому виду производимой продукции», но, видимо, в этом случае есть опасность потерять главное — то основное чувство, те вибрации, которые давно уже упущены другими.

Категория «два цэ» дает право выступать в том месте и в той организации, к которой коллектив, получивший эту оценку, приписан. Т.е. там, где таковой репетирует и т.д. И если бы не важная уступка со стороны жюри, согласно которой группы, удостоенные «два цэ», по линии рок-клубов имеют право играть в любой точке СССР, формально сложилась бы странная ситуация — «Великие Луки» должны были бы выступать только в наркологическом диспансере, а «Таллинский вариант» в собственном подъезде. Но «Великие Луки», показав очень энергичную программу, получили разрешение и теперь могут ехать куда угодно.

А вот J.M.K.E. были в прошлом году в Подольске на рок-фестивале! Это как? Ведь не имели они тогда тарификации! Да, дорогой читатель, не имели. И выступать не могли. Но громом их не убило, земля под ними не разверзлась и Подольск-город на месте стоит. Где и стоял.

Так что все сложно. Неоднозначно, как это теперь определили.

На сцене «Традиция» — группа новая, репертуар, естественно, традиционный — «Ролинг Стоунз» плюс вещи собственные, но из контекста не выпадающие. У «Традиции», кроме всего прочего, есть одно отличие, выделяющее ее на общем рок-клубовском фоне, с одной стороны, и намертво связывающее с самим рок-клубом, с другой, — это Анатолий Белов — «традиционный» лидер и президент таллинского рок-клуба.

Спев «Brown sugar» и получив «льзя», Толик уступил место «ансамблю клоунады» «ABS», коий чудес клоунады не показал, а показал легкий музон то ли в стиле постпанкфлойд, то ли пастпинкфлойд (непоэту трудно разобраться), в общем, что-то постное. Конечно, работая таким макаром, много баллов не наскребешь. В итоге «низя», или «два дэ», как кто-то пошутил. Увы, та же участь поджидала и «Веннасконд» и «Осаконд-79» — группы неплохие, однако желание сказать все же превалировало у них над умением.

Почему-то все начали уставать. Иногда казалось, что и музыкантов больше волнует дилемма: как правильнее — «тарокафакция» или «тарификция», чем гипотеза о собственной значимости, отданная на «съедение» жюри.

Групп, достойных неупоминания, в «Доме игр» не было. Каждая норовила оставить после себя нечто неизгладимое, и не у всех это не получалось.

Было далеко за 18.00. Всем все надоело. Тем временем удачно закончилось выступление ансамбля «UKS KOIК», гитарист которого, сошед со сцены, на вопрос вашего покорного слуги о названии группы ответил: «Все равно… Все равно никто не поймет…». Но жюри поняло и оценило положительно.

«Рок-слесарь» Николай Гончаренко порадовал жюри полным отсутствием энергии и гениальной по сравнению с другими выступавшими аранжировкой. Но откуда эта вялость беспредельная?! Даже клавишные в духе Рэя Манзарека ситуацию не изменили. «Два цэ».

На этом официальная часть тарификационной процедуры прекратила свое существование.

Основные выводы:

Большая часть показавших себя рок-коллективов «тянет» не очень.

Практически все упомянутые коллектив «тянут»не очень, но в ту сторону, т. е. в правильном направлении.

Несчастным музыкантам негде (и не на чем!) репетировать.

Тарификационная комиссия впервые пошла навстречу пожеланиям и, изменив обычным принципам и твердым правилам, посвятила 4 (четыре!) часа рабочего времени «рокерам».

Стало абсолютно ясно, что тарификация просто не нужна. Вообще.

Одним словом — ДАЙТЕ ЛЮДЯМ ИГРАТЬ!

Дайте людям играть плохо. Дайте им играть хорошо. А что такое «хорошо» и что такое «плохо», покажет время.

А время — это те же люди, когда их много.

Андрей КУЗНЕЦОВ.

Просмотр