Tag Archives: Кинчев Константин

«Взломщик» в трудной ситуации

Кадр из фильма "Взломщик"
Кадр из фильма «Взломщик»

Сегодня мы продолжаем обсуждение фильма «Взломщик». Как и следовало ожидать, эта картина вызвала большой интерес и самые разные мнения. Иногда даже не верится, что столь полярные оценки относятся к одному и тому же фильму. «Банальность» — «открытие», «пережали» — «недожали»…

Авторы фильма оказались в трудной ситуации. Противники ленты настроены более чем серьезно: готовы совершить с целлулоидой, запечатлевшей героев «Взломщика», небольшое аутодафе. Сторонннки же, кажется, озабочены в первую очередь не доказательством достоинств фильма (это, видимо, считается очевидным), а поиском упущенных творческой группой возможностей. Страсти накаляются… Если вы захотите сами подбросить одно-другое полешко в костер спора, вы успеете это сделать: дискуссия продолжается.


Компетентное мнение

Где выход из тупика?

«Взломщик» — фильм и еще до выхода в прокат прославившийся тем, что впервые должен был представить воочию — хотя бы отчасти — — «Ленинградскую школу рока», широко дотоле известную лишь по «самопальным» магнитофонным записям.

На «Взломщика» меня привело любопытство — хотелось просто «познакомиться». И хотя в атмосфере музыкальных «тусовок» мне сложно было поименно разобраться «кто есть кто» — нельзя было не увидеть, что интерес режиссера В. Огородникова к сумбуру происходящего на сцене и в зале основан отнюдь не на желании дебютанта украсить свою картину «только сегодня дозволенным». В фильме, мой взгляд, предпринята дерзкая попытка сделать аналитический слепок с молодежной контркультуры текущего дня.

В этой связи вспоминается фильм А. Стефановича «Начни сначала», хоть и спекулировавший на имени Андрея Макаревича, но все-таки примечательный уже тем, что Макаревич вне сюжета и его воплощения привносит на экран обаяние собственной личности, чем вызывает ностальгическую волну ассоциаций, связанных с «эпохой» «Машины Времени».

«Машина» — лидер нашего рока рубежа 70—80-х годов. «Алиса», «Аукцион», «Кофе» — группы, давшие меломанам кумиров сегодня.

Пессимизм «Машины», кем-то из критиков названный «юношеским», рождался от осознания «несбывающихся желаний». Герои песен группы — вполне интеллигентные, кстати сказать, бунтари — тяжело расставались с верой в то, что им все по плечу, обретая сознание своей слабости. Источником драматизма для них стало разочарование, крах стремлений, не соизмеренных со способностью их реализации. Но, вместе с тем, пессимизм «МВ» нес в себе, пусть слабый, подверженный любым колебаниям, огонек свечи, энергетический заряд на будущее: пока у нас есть завтрашний день, есть надежда и вера в него, «еще не поздно все начать сначала….»

Вот этой веры в завтра, с которой день сегодняшний, трудный и скучный, становится осмысленнее, нет у ребят из «Взломщика», и это главное, что отличает их от предыдущих поколений молодых героев экрана. Ключевой кадр картины — юный Олег Елыкомов, после всех перипетий «музыкально-детективного» сюжета с концертными номерами, бурными объяснениями, борьбой и тоской безразлично застыл под кирпичной стеной. За ней нет ничего — только отчаяние от фатального одиночества и жизни без смысла. Роковой тупик.

Те, кто поверил «Машине», еще чего-то хотели. Герои «Взломщика» не хотят ничего, кроме «кайфа», с которым убивается время. Рок для них — и стимулятор пробуждения энергии, и сфера ее приложения. Он моделирует полный законченный цикл, заменяющий жизнь, становящийся жизнью. Замкнутый круг. Тупик.

Первое, да и пожалуй, главное художественное достижение «Взломщика» — в открытии незнакомого для экрана, болевого, отчаянно обнаженного по эмоциям жизненного материала и свободной ориентации в нем. Режиссер все компоненты картины — работу с фактурой, выбор исполнителей, звуко-зрительный ряд, решение групповых сцен — подчинил одному: максимальному выявлению драматизма материала. Но наше удивление материалом скоро сменяется удивлением стремлению постановщика загнать-таки растрепанных незнакомцев в «прокрустово ложе» прежних представлений об «условиях их формирования».

Драматургия В. Приемыхова традиционна и узнаваема не только по жизни, но уже и по фильмам, она конструируется по известному принципу. Знакомство с «загадкой» (рок-клуб), атмосфера странного томления, затем по нарастающей это томление безысходности и одиночества разрешается кульминационным взрывом — буйством в разбитом вагоне, и нас подводят к «разгадке» сложного жизненного ребуса. Оказывается, в фатальной неконтактности героев и их отрешенности от «возвышенных мыслей и чистых пламенных страстей», равно как и от общества, виновато трудное детство. Истоки неблагополучия следует искать в семье — ясно читаются в финале подводящие итог излюбленные приемыховские мотивы бездомности и безотцовщины. Но я убеждена, что все сложнее. И фильм, художественная ткань которого пронизана сильнейшими токами внесхематичной, неоднозначной жизни, сопротивляется своему идейному каркасу, не собираясь в единое целое. Старая истина — новое постижение правды нуждается в неизведанных еще путях — вновь подтверждается на примере этой интересной картины.

М. ЗАМЯТНИНА, студентка ВГИКа.

Строки из писем

Наконец-то!

Наконец-то нам показали не вымученные шлягеры, не рекламные ролики, а настоящий рок.

В песне, прозвучавшей в фильме, есть такие слова: «Если кто-то думает так же, как я, мы с ним похожи точь в точь. Мы — вместе». Так вот, я думаю так же, как герой, а таких, как я, немало.

Фильм стал фактом общественной жизни, и, мне кажется, неверно было бы думать о нем как о стандартном «молодежном» фильме, оснащенном экзотическими музыкальными номерами.

СЕРГЕЙ А., г. Дзержинск.

Можно и нужно

«Взломщик» нам не понравился. В фильме показано много рок-групп. Это совсем ни к чему. Многим эта музыка не нравится, особенно людям старшего возраста. И нам она не нравится. Мы совсем не понимаем, как это в кино допускают подобную блажь. В фильме К. Кинчев говорит: «Нас нельзя переделать, нас можно только уничтожить». Да, таких нужно уничтожать.

В. ХЛОАРЭ, Т. ШОРОХОВА.

Только мода

Приходится слышать много разговоров о том, что авторы фильма «осмелились» посмотреть вплотную, поговорить открыто о так называемой рок-культуре, которую долгие годы вообще отрицали как явление. Только ведь внимание режиссера В. Огородникова к «рок-культуре» здесь — особого свойства, и едва ли стоит это рассматривать как некое новаторство. Издавна предприимчивые режиссеры в театре и кино умели «оживлять» сложную психологическую драматургию, опасаясь, как бы зритель, погрузившись в размышление о жизни, не дай бог, не заскучал. Оживляют по-разному: джазом, эстрадой, цирковыми трюками — все в зависимости от моды. В. Огородников в курсе нынешней моды, только и всего.

Е. ОППЕНГЕЙМ, учитель.

Тест?

Понравилось то, что авторы фильма деликатны и лояльны, не навязывают зрителю своей точки зрения ни на проблемы психологии и человеческих отношений, ни на проблемы так называемой «молодежной» культуры. «Взломщик» не дает готовых рецептов, погружает зрителя в круг жизни, быта, не расставляя жестких акцентов: наблюдайте и разбирайтесь сами, кто в чем проиграл и как это случилось.

Мне приходилось говорить о «Взломщике» со старшеклассниками, ровесниками героев В. Огородникова. Многие остались недовольны именно нейтральностью, недосказанностью, смущены тем, что авторы не спешат с выводами.

Пожалуй, этот фильм может служить своеобразным тестом для зрителя, выявить в зале тех, кто готов осмыслять жизнь, анализировать, а кто ее пассивно созерцает и ждет чьих-то объяснений.

С. ПАРФЕНОВ, учитель средней школы № 4.

Компетентное мнение

Мы вместе? Мы вместе!

Панк, на вопрос милиционера, почему его одежда и «форма» не такая, как у всех, передернув плечами, ответствует: «Я не виноват, что у них (у остальных, «нормальных») такая мода, я немодный»

И это не антимода, это эмоциональный выход из заторможенности и запрета и выход с перебором, с эпатажем, с шоком.

Да, они фанаты определенного набора нот и тембров. И вызывающая для ортодоксов Атрибутика помогает им отличать «своих». И это один из ритуалов рока. Ведь «мы вместе!»

Общность, понимание, братство.

Со временем «Взломщик» превратится в ностальгический крик. И будет служить иллюстрацией для беспечных рассказов на сон грядущим внукам-подросткам о славных временах. «Когда я был молодым…»

Тут и «Сайгон», уютная кофейня, возле которой круглый день «тусуются» рокеры со всего Союза, и постоянно попадающие в кадр Олег Гаркуша, Леша Вишня — известные в мире рока личности. Фон, к которому ржавыми кнопками прикрепляют чахлый сюжетец, зрелищный и, что ценно, правдивый. Но тот же фон часто необязателен и даже назойлив. Снятые почти документально «тусовки» с реальными рокерами не всегда удачно монтируются с полусимволическими приемами, которыми пользуется режиссер при изображении переживаний Семена, главного героя.

Даже Косте Кинчеву, исполняющему роль старшего брата Семена, не удается преодолеть стереотип в меру рефлексирующего, в меру убежденного в своей правоте повзрослевшего шахназаровского курьера. Исключением являются лишь концертные куски с «моим поколением» и «Мне нужен воздух», где лидер «Алисы» чувствует себя как рыба в воде.

На долю рокеров выпали приводы в милицию, подозрительные «тусовщины», пьяные ночи (правда, папаша братьев тоже не прочь выпить, и пьянство обеих генераций как бы уравновешивает самое себя), и, словно бельмо в глазу, оптимизм рок-музыки, которая болезненно сравнивается с нестройным «жмуром» духового оркестрика (надеюсь, не в пользу последкего). Никакого просвета.

Режиссер Валерий Огородников пытается выйти за рамки т. н. «литературного кино», которое километрами производится денно и нощно.

Но бесстрастный репортаж, недидактический показ — не обязательно удача. Согласен, что кинотелеэкран не избалован появлением «неформалов» (да еще не на последних ролях), но даже прекрасные рок-номера известных ленинградских групп, которые у многих на слуху, не спасают фильм. Ведь не «женщину, которая поет» мечтали авторы сделать. А склеенные «до кучи» эпизоды, снятые под эстетику проходных дворов, не связываются гармонично с игровыми кусками, они не «вместе».

После просмотра остается недоразумение, так ли уж важны постановщикам эти странные рокеры, может быть, ими правили соображения конъюнктуры… Как мне кажется, дальше заигрываний с молодежной тематикой авторы фильма не продвинулись, и шаг, сближающий Большое Кино с только-только выходящей из подвалов субкультурой, был по-школьному робок, но все мы сейчас учимся жить и работать в среде происходящих перемен, и учеба эта лишь в самой начальной стадии.

В. ДЕМИДОВ, участник рок-группы «Хроноп».

Статья любезно предоставлена сообществом Выставка — Музей «Русское Подполье. Осколки»

ПРОСМОТР

Постоянный Кинчев

Большая немецкая овчарка встретила нас дежурным лаем. Собаку удерживала Саша из-за спины которой выглядывали дети. За ними стоял Кинчев. Семья. Пока фотограф снимал Кинчева, мы с Сашей пили на кухне кофе. Я знала, что на сегодняшний день мы были третьими, кто пришёл «за интервью». Поинтересовалась, о чём спрашивали. «Да обо всём. Даже почему-то узнавали, умеет ли Кинчев выпиливать лобзиком по дереву». Я поняла, что после этого беседовать будет достаточно сложно.

МУЗОБОЗ: Костя, расскажи что-нибудь интересненькое про свою семейную жизнь.

Константин Кинчев: Чудесный вопрос. Саш, расскажи что-нибудь интересненькое… Безумная жизнь. Вся на пределе, на грани, и всё время ощущение готовой порваться струны.

МО: Это состояние души?

КК: Это наше семейное состояние. Да, Саша?

Александра Панфилова: Да, Костя.

КК: В этом состоянии тяжело, но приятно находиться.

АП: Ощущение жертвы и палача ододновременно.

МО: По-другому не получается или не хочется?

КК: Видимо, скучно.

МО: А к душевному покою не стремитесь?

КК: Дома, конечно, хотелось бы. Но я и дома пульсирую.

МО: Мне казалось, что для большинства мужчин идеал дома — это берлога, куда можно прийти зализывать раны.

КК: Таким должн быть дом холостяка. Семья — это та же арена, поле битвы.

МО: Значит, тебя это устраивает…

КК: Устраивает. Мне нравится моя семья.

РАССКАЗЫВАЕТ АЛЕКСАНДРА ПАНФИЛОВА

Мы встретились в гостях, куда все приходили посмотреть видео. Это было… Уже не помню когда, наверное, лет десять назад. Кинчев мне категорически не понравился. Он не здоровался, не представлялся, и вообще был какой-то… Я, конечно, отметила кривизну его ног (мне всегда нравились мужчины с кривыми ногами) — но не более. Потом меня пригласили на концерт «Алисы». Я пошла, послушала и поняла, что это очень талантливый человек. «Ну и Бог с ним. Хорошо, что хоть талантливый», — подумала я. После концерта, за сценой, он фотографировался с какими-то тётеньками, из местных работников. Кинчев был скромен и несчастен. Тогда я подумала, что мне его очень жаль. А через несколько месяцев мы встретились в Елисеевском магазине. Что-то друг другу рассказывали, рассказывали, а потом, поскольку официально представлены не были, Кинчев осторожно спросил: «Извини, пожалуйста. Я забыл, как тебя зовут». Потом прибежал возбуждённый Юрий Шевчук, у которого был день рождения и, увидев меня, выдохнул: «Какая красивая». Кинчев задумчиво-мечтательно произнёс: «Она знает…» И я его полюбила. И предложила ему занять мою очередь, потому что стояла значительно ближе к цели (т.е. к кассе). А они меня пригласили пойти выпивать на стройку в честь шевчуковского дня рождения. Я отказалась, хотя пойти хотелось ужасно. Я ушла, а тёплое чувство к Косте осталось. Потом я узнала номер его телефона и позвонила.

МО: Взяла инициативу в свои руки?

АП: Ну, да. Сказала, что я — это я и обычное «если хочешь — позвони». Он позвонил через очень непродолжительное время со словами: «Это Костя. Я захотел. Приезжай, завтра утром едем в Калинин». Н-да. Так что у меня даже не было времени сделать вид, что я должна подумать. (Прим. Встреча в Елисеевском была 16.05.1988, концерт в Калинине (Тверь) был 26.06.1988).

МО: Поехала?

АП: Да, мы поехали в Калинин, потом в Питер и т.д. Так продолжалось почти год, а потом Костя ушёл из семьи. Это было настолько неожиданно, что я не понимала, что теперь делать. Вот так… Наверное, это не самая романтическая история, да?

МО: Саша, а с первой Костиной семьёй вы сейчас в каких отношениях?

АП: Мы общаемся. Живём летом на одной даче, попеременно сидим с детьми. Бываем друг у друга в гостях. Редко, но всё же…

У Кинчевых «трое детей на двоих» — Костин сын Женя (9 лет), Сашина дочка Маша (10 лет) и пятилетняя Вера. Девочки очень разные. Маша — русская красавица с длинными русыми волосами. Поёт в хоре в церкви, что по соседству с домом. Вера — полупацанёнок: маленькая, крепенькая, глаза упрямые. Постоянно что-то требует. На Сашины окрики внимания не обращает. Говоря о Вере, Саша вспоминает фразу из «Снежной королевы»: «Детей надо баловать: только тогда из них вырастают настоящие разбойники». Вообще, Кинчевы считают, что дети знают о жизни нечто такое, что взрослым знать не дано. Поэтому относятся к ним с уважением.

В Маше романтические черты прекрасно уживаются с техническими способностями. Она пишет стихи, которые никто не пытается сохранить, — об одиночестве, о тоске по маме, об огромном океане, где она — одна-одинёшенька и при этом прошибающем слезу лиризме хладнокровно устанавливает у себя в комнате ею же придуманную сигнализацию, которая при неожиданном открытии дверей срабатывает классическим «плохишёвским» способом: сбрасывает на голову любимой маме (или папе) что-нибудь в меру тяжёленькое.

В семье Кинчевых традиционные отношения родители-дети как-то не приживаются. Скорее, это некое содружество людей. К отцу девочки более… терпимы, что ли. Он платит им тем же. Заступается. Саша не разрешает смотреть телевизор. Костя осторожно просит: «Ну, ладно тебе, Саш… Пускай посмотрят». Во время моего разговора с Кинчевым в комнате не появлялись ни разу, зато когда мы сидели с Сашей на кухне… В какой-то момент мне показалось, что в комнате находится не двое, а по меньшей мере шестеро детей. Они бесконечно приходили, что-то спрашивали (Маша) или требовали (Вера) или просто маячили в дверях. Саша их выгоняла, они исчезали и… через несколько минут появлялись снова. «Боже мой! — Саша обречённо закатывает свои русалочьи глаза, — они же без меня стакана воды налить себе не могут!» Хотя как может быть по-другому, уже не представляет.

Кинчевская квартира не вписывается в моё представление о том, каким должен быть дом рок-музыканта. У Кинчевых — светло, спокойно. Всё необходимое и ничего лишнего. Замечаю на стене плакат с французских гастролей «Алисы». Кинчев перехватывает мой взгляд.

KK: Мы несколько раз ездили. Гастроли были большими, по десять городов, так что Францию объездили достаточно плотно. Играли в основном в пабах, т.е. в ночных клубах, куда вечером приходили работяги — попить пивка и послушать зажигательную музыку. Конечно, работать там сложнее, чем дома. У нас ведь есть движения — я имею в виду алисоманию, а там мы воспринимались как голый сырой коллектив, который обязан был завоевать публику. Вариантов не было: либо ты берёшь её, либо — нет. В основном брали. После нас выступал датский коллектив «Никогда не плачущий волк». После первого концерта они попросились играть… первыми.

МО: Заплакали значит?

КК: Ну: да… (смеётся)

МО: С твоей постоянной аудиторией происходили какие-нибудь изменения?

КК: Нет. Рок — он ведь для тинейджеров. Одни вырастают, другие приходят.

МО: А чтобы целыми поколениями на концерт приходили, такого не бывает?

КК: Бывает. Только те, кто постарше, сидят, как правило, на балконе и вспоминают свои лихие былые денёчки, когда они отплясывали в партере, где сейчас скачут их дети.

МО: Костя, время идёт — появляются новые музыкальные имена. На тебя оказывают влияние происходящие в музыкальном мире события или нет? Ты как-то «подпитываешься» со стороны?

КК: Практически нет. Мне, конечно, интересно послушать, что твориться в мире, но не более того. Я вообще-то человек консервативный, и мои музыкальные пристрастия давно сформированы.

МО:?

КК: Шевчук, «Аквариум», «Кино», «Зоопарк», Башлачёв — всё те же.

МО: Хорошо, что ты такой постоянный человек.

КК: Имя обязывает. (Константин в переводе с греческого означает «постоянный»).

ИЗ РАЗГОВОРА С САШЕЙ

Костя, при всём своём кажущемся бурном характере, человек фундаментальный, жёсткий. Мне же, нужно либо всё, либо ничего. Я не могу стоять на одном месте: мне нужно больше, больше… А потом я начинаю сходить с ума, потому что больше некуда. А Кинчев внутренне очень устойчивый человек, его практически невозможно выбить из седла. У него всё чётко: нужно идти до конца. И ещё: он не будет разрушать то, что построено.

МО: Саша, а к вере в Бога вы как вместе пришли?

АП: Это Костя пришёл. Наверное, решающую роль сыграла поездка в Иерусалим в 1992 году. Конечно, это было внутри. Каждый человек внутренне предрасположен к какой-то религии. Как там у Высоцкого: «Кто верит в Магомета, кто в Аллаха, кто в Иисуса…»

МО: Кинчев как-то изменился после иерусалимской поездки?

АП: Конечно. Он… лучше стал. То есть он и был хороший — его ведёт то туда — то сюда, ограничений-то никаких нет. А мы крестились, венчались, в Храм ходим, исповедуемся. Появляются Законы, которым нужно следовать.Трудно это, конечно…

Напоследок задаю Кинчеву дежурный вопрос о планах на будущее.

КК: Наверное, закончить историю с выходом нового альбома. «Дурень» будет называться. А вообще… Жить, верить.

Провожать меня вышли впятером: Костя, Саша, Маша, Вера и собака. Семья.

Фанаты нарисовали портрет АЛИСЫ

Одной из наших культовых рок-команд, группе «Алиса», совсем недавно исполнилось пятнадцать лет. Её лидер Константин Кинчев тоже отпраздновал юбилей — 25 декабря ему стукнуло сорок…

Как группа может отметить свой юбилей? Только особым концертом. В этой связи «Алиса» дала праздничный концерт в Питере, разбитый на два дня (вот как!). К новой программе группа готовилась долго, по сути дела, чуть ли не с лета. Именно тогда Кинчев со товарищи начали репетировать новую программу «Солнцеворот» (она и стала основой концертных выступлений).

ДВОЙНОЙ ПРАЗДНИК

А на юбилейном сейшене музыканты «Алисы», на радость фанатам, исполнили по три песни с каждого альбома — от «Энергии» до «Дурня». Получилась большая двухчасовая программа «Всё это рок-н-ролл». А на следующий день, на втором концерте, ребята продолжили рассказ о себе уже новыми песнями. Никто не сомневался, что настоящие «алисоманы пойдут на оба концерта, — и они пришли, овацией приветствуя новый «солнцеворотовский» хит «Радости печаль». «Красно-чёрные» фанаты группы, среди которых не только подростки, но и вполне взрослые люди, задумались над 15-летней историей кумиров и даже нарисовали вот какой портрет «Алисы»: «Дивчина роста высокого, телосложения могучего, с буйной гривой волос, откинутых назад, со взглядом грозным, а голосом зычным».

АЛЬБОМ БЕЗ «АЛИСЫ»

Юбилей «Алисы» — это одна история. Есть и другая новость — Константин Кинчев собирается выпустить альбом без «Алисы» под названием «Геополитика». Он сделан совместными усилиями Кинчева и Александра «Рикошета» Аксёнова (экс-«Обьект насмешек»). На нём можно услышать сильно преображённые музыкантами песни «Экспериментатор», «Мой город», «Воздух», «Мы вместе». Правда, «услышать» — весьма условное выражение. Альбом как бы есть, но его в то же время нет. Записали его чуть ли не год назад, но он никак не выйдет — кризис! Так что «Геополитика» превратилась в виртуальный альбом, ибо его главным местопребыванием стал сайт «Алисы» в Интернете. Такая же не очень весёлая история происходит и с клипом на песню «Мой город» с этого самого альбома. Над ней начал работать режиссёр Максим Масальцев, снимавший «Атеист», «Дождь», «Лунный вальс» и другие «алисины» песни. Но когда завершатся съёмки — неизвестно…

МЕЖДУ ПИТЕРОМ И МОСКВОЙ

Но, несмотря на трудности, которые, конечно, преодолимы, «Алиса» всегда в пути. Даже праздники не заставят музыкантов сидеть дома. Свой сороковой день рождения Костя Кинчев, по традиции, отпраздновал в дороге, между Москвой и Питером, на той самой трассе Е-95. Впереди у Константина Кинчева и «Алисы» -«Солнцеворот». Ждём!

АЛИСА творит чудеса

Кинчев давно избегает выступать на больших площадках. Перед концертом в «России» музыканты долго призывали алисоманов не бить стёкла, а то за ущерб пришлось бы расплачиваться группе. Фаны изо всех сил сдерживались, но пара стёкол всё же пострадала.

Последний альбом «Алисы» «Дурень» должен скоро увидеть свет, хотя песни из него уже известны публике: в течение года Константин Кинчев исполнял их но концертах в «Горбушке»…

Группа «Алиса» появилась на свет в 83-м, когда Святослав Задерий собрал в Питере группу молодых музыкантов и назвал её собственным прозвищем «Алиса». Сейчас имя Задерия известно только закоренелым алисоманам. Зато группа «Алиса» неизбежно ассоциируется с человеком, который стал символом и идеологом целого поколения — с Константином Кинчевым. Костя Панфилов, взявший псевдоним деда-болгарина — Кинчев, присоединился к «Алисе» в 1985 году, после чего к группе мгновенно пришёл успех.

КОНЦЕРТЫ

«Алиса» принципиально никогда не выступает в клубах. Костя предпочитает всем столичным сценам «Горбушку», где алисоманы могут отрываться по полной программе. Гастролируя по стране, группа обычно выбирает арены цирков. А всё началось с печально известного случая в Питере, когда поклонники в спорткомплексе «Юбилейный» устроили настоящее побоище после концерта их любимца. Сквозь кордон милиции не могли пробиться сами музыканты, а беременную жену Кинчева стражи порядка даже ударили в живот. Кинчева тогда обвинили в том, что он со сцены призывал бить ментов, его вызывали в суд, прокручивали плёнку с записью концерта и обзывали фашистом… С тех пор Кинчев старается избегать больших площадок.

ДОМАШНИЙ КУМИР

Лидер Алисы по натуре очень домашний человек. Со своей красавицей — женой Сашей и двумя дочками он живёт сейчас в новой квартире. Старое его местожительство на Октябрьском поле было настоящей Меккой для алисоманов, которые тусовались в подъезде днями и ночами. Они исписывали стены и под любым предлогом пытались вломиться к кумиру в гости. «Существует другая жизнь под названием семья,— считает Костя Кинчев. — Ребята, поверьте, есть гораздо более достойные занятия, чем сидеть в моём подъезде до полного опупения! «Однако это не мешает Косте относиться к фанатам с большим уважением: «У нас существует определённая форма взаимоотношений — Мы вместе». Алисоманы не только обожают Кинчева, но и на редкость тепло относятся к Костиной жене, называя её «наша Саша». А сколько радости было, когда на февральском концерте Костя вывел на сцену свою пяти-летнюю дочку Веру! А пока поклонники «Алисы» ждут выхода нового альбома «Дурень».

«Все песни писались в период нашего тура от Москвы до Владивостока, поэтому все они о дорогах. «Трассу Е-95″ я написал в прошлогоднем осеннем туре, такой вот и получился кибиточный» альбом». Кстати, уже снят видеоклип на песню «Трасса Е-95». Музыканты во время съёмок в полном составе отправились на трассу Е-95 и проехали всю дорогу от Москвы до Петербурга с включёнными фарами. Съёмки продолжались три дня и три ночи и закончились в Петербурге. Клип влетел в копеечку, но зато все участники получили большое удовольствие. Предыдущий альбом «Джаз» понравился алисоманам гораздо меньше: «Мы чувствуем, что Костя становится старше и дальше от нас!» «Дурень» -тоже альбом спокойный и, можно сказать, взрослый: он для тех, кто действительно врубается в творчество и мироощущение «Алисы».

СОСТАВ «АЛИСЫ»

Он всё время меняется. В 86-м Святослава Задерия сменил басист Пётр Самойлов. В 87-м в группу взяли саксофониста Александра Журавлёва. В ноябре 88-го состав снова изменился вместо Журавлёва и клавишника Павла Кондратенко были приглашены гитарист Игорь Чумичкин (к сожалению, он покончил жизнь самоубийством) и клавишник Андрей Королёв. К сегодняшнему составу в этом году добавился гитарист из магаданской группы «Восточный синдром» Саша Пономарёв. Планируется пригласить клавишника Костю Кота, игравшего в «Кошкином доме» и «ДДТ». А ещё в последнее время в записях «Алисы» слышны звуки баяна, на котором лихо наяривает баянист Гарика Сукачёва Рушан Аюпов.

«Мы вместе» — поет Константин Кинчев. Но так ли это?

Константин Кинчев
Константин Кинчев

Я люблю музыку. И кино. Не всякую музыку и не любое кино, однако ни разу не ушел с сеанса или концерта, терпеливо ожидая (часто впустую) дельный кадр, красивый звук. Не потому, что «уплочено», просто привык доверять тем, кто делает искусство, и всегда убеждаю себя: если отснято, написано, спето, значит, как заметил Маяковский, это кому-то нужно. И стараюсь понять: может, мне?

И вот эта странная, другого слова не найду, картина «Взломщик». Ее авторы явно рассчитывали взломать не столько существовавшие некогда запреты на «подпольный рок», сколько устоявшиеся представления о том, «каково быть молодым», и навести основательного шороха.

Только вот фильм Ю. Подниекса «Легко ли быть молодым?» сенсационен нестандартным взглядом, непривычным подходом и оценкой, а «Взломщик», хоть и очевидна установка на сенсацию, обернулся пшиком, перефразировав Шекспира: много шума, а ничего.

Шума там и в самом деле хватает: децибелы неистовых аккордов, визг толпы, грохот крушащегося стекла. Все эти «эффекты» нанизаны на простенький сюжетик: старшего брата обстоятельства подталкивают к краже синтезатора, и младший, дабы не подставить горе-музыканта, сам крадет эту дорогую во всех смыслах вещицу.

Картина поверхностная: похоже, у ее создателей глаза разбегались, какую бы «чернуху» на свет божий вытащить, чтобы набрать побольше «вистов». Есть там такие кадры: публика вопит в лицо герою: «Лажа!» Это про фильм…

Дело не в том, что нет естественных мостиков от одного эпизода к другому, в конце концов отсутствие связок можно отнести к режиссерской находке, но бьет по глазам обнаженный расчет на ажиотаж вокруг «запретных» групп, прежде всего — пресловутой АЛИСЫ во главе с Константином Кинчевым, исполняющим главную роль в фильме.

Послушайте, разве это кому-нибудь нужно? Такие фильмы пригодны только самим музыкантам для рекламы. И горстке одуревших почитателей подвальных мелодий. Настоящим музыкантам фильм может пригодиться только в качестве пособия «как не надо». Моя воля, я бы снабдил афиши фильма пометкой: «Дети до 16 лет допускаются, но любящим музыку смотреть не рекомендуется!»

Музыка — вот основное действующее лицо фильма, как бы ни лез из кожи «артист» К. Кинчев. Так себе музычка, нечто среднее (очень среднее!) между давно вышедшей из моды Ниной Хаген и Билли Айдолом, последний всплеск популярности которого последовал за сообщением о его заболевании СПИДом. Хотя… мелодии и аранжировки — на втором месте; Кинчев понимает, что выше головы не прыгнешь, и отыгрывается в текстах: «Я умею читать в облаках имена тех, кто способен летать». К таковым руководитель АЛИСЫ, само собой, относит собственную персону, это читается в каждом жесте, каждом его движении.

И тем горше видеть, что пластиночки с примитивными кинчевскими виршами лежат на прилавках магазинов, а той же МАШИНЕ потребовалось 15 лет, чтобы к ним пробиться. Получается, что АЛИСА пришла на готовенькое, к тому пирогу, который с таким трудом выпекался на рок-кухне.

Мне кажется, Кинчев и АЛИСА — из породы нуворишей от искусства. Богачи, неведомо на чем разбогатевшие в одночасье.

Уверен, что эта группа и прочие «подпольщики» не выдержат открытой конкуренции на широкой сцене с нашими лучшими группами, отличающимися и техникой игры, и артистизмом, и настоящим вкусом: МАШИНОЙ ВРЕМЕНИ, РОНДО, группой Стаса Намина или хотя бы с нашим ленинградским ФОРУМОМ.

…Конечно, уместнее мне было бы написать в «Советский Экран», но… Во-первых, «СЭ» распирает от гордости, что после появления раскрашенной физиономии Кинчева на обложке редакцию завалили восторженными письмами типа «ух ты!». Ну, а во-вторых, я заметил, что «Смена» никогда не руководствовалась конъюнктурными соображениями в оценке солистов и ансамблей. А вообще-то я решился написать потому, что люблю кино и музыку.

Александр ЛЕВИЕВ

P. S. Знаю, что к моему мнению присоединятся тысячи других зрителей и слушателей, иначе бы не взялся писать.

 

Константин Кинчев. Это имя буквально ворвалось в фонотеки, выплеснулось на газетные полосы, на киноэкран и в рекордно короткий срок завоевало неприступно сдержанную фирму «Мелодия». Пластинки группы Кинчева АЛИСА раскупаются с еще большим успехом, нежели билеты на фильм «Взломщик», где вокалист АЛИСЫ играет главную роль. Роль лидера рок-группы. И хотя Костя убежден, что не во всех ситуациях повел бы себя как герой картины (которого тоже, кстати, зовут Костя), успех «Взломщика» объясняется прежде всего редким исполнительским мастерством Кинчева, которое есть следствие идеального «знания темы».

АЛИСУ основал в 1984 году ленинградский басист Святослав Задерий (потом он собрал другую группу под названием НАТЕ). В год основания АЛИСЫ москвич Кинчев записал свою первую сольную работу «Нервная Ночь» при помощи музыкантов известного бит-квартета СЕКРЕТ. Тогда ни он сам, ни его будущие аккомпаниаторы из АЛИСЫ (гитарист Андрей Шаталин, басист Петр Самойлов, клавишник Польхан Кондратенко и барабанщик Михаил Нефедов) не думали, что через пару лет станут самым популярным молодежным ансамблем.

Составные этой неожиданной, еще не до конца осознанной музыкальными критиками популярности — качества лидера группы. Артистизм, бесспорный вкус, собственный сочинительский дар, подбор тем, всегда «в десятку», главная из них — тревожно звучащая последнее время тема разделенности поколений. У Кинчева своя пластика, лексика, фонетика. Молодым приятно и лестно отождествлять себя с красивым, мужественным, «уверенным в выбранной цели» певцом. Его песни притягательны тем, что примиряют — это при всей их внешней агрессивности — подростков-радикалов, обожающих шумный «забой», и слушателей думающих, воспитанных на АКВАРИУМЕ. Ведущие рокеры как минимум с интересом относятся к Кинчеву, при том, что он весьма критично относится ко всем рок-авторитетам.

В ленинградской АЛИСЕ — без счета сходств с крошкой Алисой из сказок-снов, если рассматривать ее приключения тем способом, которым она читала книги в «Зазеркалье»,- прислонив к зеркалу. У Кинчева абсурд мироздания не смешон, как у остроумного англичанина, а тревожен («Нас нельзя изменить, нас можно только уничтожить!» — отчаянно кричит во мглу герой «Взломщика», фильма, которому на Венецианском кинофестивале присуждена спецпремия Международной федерации кинопрессы). В Эдем детской беззаботности ленинградская группа приглашает через ворота ада (их новая пластинка называется «БлокАда»). Если Зазеркалье Кэрролла было населено забавными и безобидными существами типа Шалтай-Болтая, то песенный мир АЛИСЫ страшноват своими Соковыжимателями и Экспериментатором. У Кэрролла ощущается вневременность, а у музыкантов — четкая привязанность к своему времени. Их бескомпромиссность не укладывается в схемы предварительных уговоров о предстоящей драке между близнецами Труляля и Траляля. И даже такой неподкупный критик, как Чеширский Кот, согласился бы, что музыку АЛИСЫ можно принимать или нет, но отказать им в праве на сатиру, умный фарс и пародию, призванную через иррациональное точнее взглянуть на самих себя, невозможно. При всем желании нравиться, при всей манерности Константин Кинчев остается самым заметным актером на нашей рок-сцене.

Евгений ДОДОЛЕВ

 

ОТ РЕДАКЦИИ:

Мы не случайно публикуем два мнения об одном и том же явлении. Думаем, что и другие читатели «Смены» захотят высказаться о проблемах, которые затрагивает Александр Левиев. А поразмышлять хотелось бы не только о фильме «Взломщик», вызвавшем самые разноречивые оценки в молодежной киноаудитории, но и попытаться подвести некоторые итоги бурной музыкальной волны, свидетелями которой мы стали в последнее время. Нам кажется, что настало время остановиться, перевести дыхание, осмотреться и наметить наиболее актуальные проблемы, определить лидеров музыкального процесса, понять, кто из них действительно творчески состоятелен, а кто «много шума и — ничего».

Надеемся, что читатели «Смены» будут объективны и доказательны в своих оценках. Учитывая мнения наших читателей, мы будем готовить последующие выпуски клуба «Музыка с тобой».

Просмотр

Константин Кинчев осваивает домру

Константин Кинчев
Константин Кинчев

В конце прошлого года лидер легендарной рок-группы «Алиса» Константин Кинчев отметил собственное сорокалетие, снялся в очередном клипе (правда, без «Алисы») и начал серию торжественных концертов в честь 15-летия группы (это уже с ее участием).

Для большинства поклонников данной команды ее название и имя ее лидера являются синонимами. Почти по Маяковскому говорим «Кинчев» — подразумеваем «Алиса», говорим «Алиса» — подразумеваем «Кинчев». Близнецы-братья? Не совсем так. Дело в том, что Кинчев вошел в уже существовавшую группу и потому ее основателем не является. Но как бы то ни было, он — безусловный ее лидер. Мы встретились с Константином перед его отъездом в Питер, где он ведет подготовку к московскому концерту «Алисы».

— Вы уже начали отмечать 15-летие «Алисы» в Питере. Почему там? И существует ли точная дата ее рождения?

— Группа-то питерская, это я один в коллективе пришлый, москвич. А остальные все — питерцы. И репетиционная база в Питере. Поэтому начало празднований — там. И сейчас, перед московским концертом, уезжаю в Питер — готовиться. Насчет точной даты… Если она и есть, то ее должен знать Святослав Задерий, который и организовал «Алису» в 1983 году. А я в «Алисе» — с 1985 года. Кстати, Задерий примет участие в московском юбилейном выступлении. В этот день все те, кто когда-то жарко отрывались под чудесную музыку «Алисы», смогут тряхнуть стариной, услышав то, что грело их души в самом начале пути легендарного коллектива.

— Известно, что после того как вы приняли в 1992году крещение, некоторые свои песни стали считать недопустимыми для верующего человека. Будет ли подобное самоцензурирование на юбилейном концерте?

— Знаете ли, когда я только принял православие, я действительно считал кое-что недопустимым. Но теперь понимаю, что никакого кощунства в текстах не было даже в ту пору, когда я был большим охальником и язычествующим элементом.

группа АЛИСА
группа АЛИСА

— С тех пор вы сильно изменились. А стиль «Алисы» и ее состав?

— За небольшими исключениями. Состав изменений практически не претерпел. Давно занялся своим проектом Святослав Задерий. Погиб гитарист Игорь Чумычкин, Царствие ему Небесное. После этого клавишник Андрей Королев ушел и сейчас работает при владыке Белгородском, и, даст Бог, примет монашество. И правильно сделает — он стал на правильную дорогу, а рок-н-ролл — дорожка вихляющая. Стиль «Алисы» по-прежнему я определяю как «жги-гуляй бит». Это полное отсутствие стиля, но есть надежда, что это не винегрет, а эклектика.

— Слушают ли это ваши дети?

— Вера (7 лет) и Женя (11 лет, сын от первого брака, живет в Петербурге. — Прим. ред.) слушают только «Алису». Возможно, из патриотических чувств. Во всяком случае, я не заставляю. Маша (12 лет) предпочитает «Мумий Тролля» и питерскую панк-рок группу «Король и Шут».

— И конечно, они занимаются музыкой и хотят стать рок-звездами как папа?

— Маша поет в церкви на клиросе, в хоре. Соответственно, там же занимается. Вера учится в первом классе музыкальной школы имени Шопена и говорит, что станет рок-певцом. Именно певцом, а не певицей. И уже хочет играть на гитаре. Но руки пока маловаты. Я решил, что ближе всего к гитаре домра. Играть надо медиатором, и рука готовится к электрогитаре, пиццикатной металлической технике Сейчас сижу с ней над сольфеджио. Да и все пьесы, которые Вере на дом задают, приходится разучивать. К своему стыду, в нотной грамоте я не силен, путаю тональности и забываю про диезы-бемоли — так что у меня та-а-кие пьесы получаются! Однако польза есть — в год 15-летия «Алисы» наконец начну читать ноты с листа.

Маргарита НОВИКОВА

Статью сохранил: Александр Гуртовой

Просмотр

 

Невская волна против дамбы застоя

Кинематограф не мог пройти мимо ленинградского рока хотя бы потому, что одна из самых известных групп на берегах Невы называется в честь него самого.

Лидер группы КИНО Виктор Цой, самый популярный кочегар из рок-звезд, говорит в документальном фильме Алексея Учителя «Рок»: «Это не хобби, это образ жизни… Сегодня это то, ради чего я готов пожертвовать всем». Раскачиваясь, как буддийский лама, в ритм музыке, Цой поет: «Я ждал это время — и вот это время пришло. Те, кто молчал, перестали молчать. Те, кому нечего ждать, садятся в седло. Их не догнать, уже не догнать».

В Фильме «Игла» Рашида Нугманова (автора превосходной короткометражки «Ия-хха» о звездах ленинградского «андеграунда.») Виктор Цой играет Моро, бывшего «наркома», который пытается спасти свою подругу Дину, «севшую на иглу». Немногословный, двигающийся мягко и легко, как ниндзя, Моро вступает в единоборство с «пушерами» — поставщиками наркотиков. Нож острый, как игла, пронзает в финале картины Моро, но, медленно оседая в снег, он прикуривает свою последнюю сигарету…

В финале другой картины, «Асса» Сергея Соловьева (кстати, учителя Нугманова во ВГИКе), мы видим море огней — светят в ночи зажигалки, негасимые свечи надежды. Цой поет: «Перемен требуют наши сердца…»

Главную роль Бананана исполнил в «Ассе» легендарный «Африка», известный в миру под именем Сергея Бугаева — обаятельный блондин, художник-авангардист, шоумен из ПОПУЛЯРНОЙ МЕХАНИКИ.

Что такое ПОП-МЕХАНИКА, до конца не знает никто, включая ее создателя Сергея Курехина, дерзкого капитана этого сумасшедшего корабля. Слухи ходят разные. Одни считают, что это оркестр разномастных, но неизменно профессиональных каждый в своем жанре исполнителей, и по-своему правы. Другие полагают, что это спонтанный театр, и тоже не ошибаются. В интервью «Голосу Америки» Сергей Курехин назвал стиль, в котором работает ПОП-МЕХАНИКА, «музыкальным идиотизмом», подав нашим заокеанским коллегам пример искренности и самокритичности в искусстве.

На мой взгляд, ПОП-МЕХАНИКА — это хепенинг и театр абсурда, это братство людей, которые мыслят в унисон, это союз художников, каждый из которых, оставаясь индивидуальностью, приносит свое искусство на алтарь музыкального плюрализма.

Фрагменты удивительных действ Сергея Курехина, решенных в жанре «стёба», запечатлены в документальных «Диалогах» Николая Обуховича и «Трагедии в стиле рок» Саввы Кулиша. Здесь и демонстрация «металлоломно-сантехнических» моделей, и участие четвероногих друзей: столь любимых Курехиным, и немыслимые, немотивированные вторжения в рок классического бельканто, соцарта, порций джаза, маскульта, архивно-ретроспективного песенного материала.

Курехин попробовал себя и в кинодраматургии, приняв участие в создании фильма «Музыкальные игры», и, по слухам, сам собирается снимать кино — даже привез из Штатов цифровую 8-миллиметровую видеокамеру «Сони». Однако Капитан предпочитает работать в студийных тонателье, колдуя со своими синтезаторами, компьютерами, сэмпперами, записывая музыку для фильмов нового хозрасчетного объединения » Ладога», созданного на «Ленфильме».

Одной из новинок «Ладоги» станет развлекательное шоу «Музыкальные игры» Виталия Аксенова, автора популярной ленты «Как стать звездой».

Это головокружительный коллаж с участием звезд эстрады и рок-музыки. Среди них — легендарный оперный бас Борис Штоколов, волшебная дива Эдита Пьеха, соул-певица Ольга Домушу, «хэви-металлическая» группа АВГУСТ, поп-звезда Игорь Корнелюк, песни которого облюбовали все хит-парады.

В сатирической бюрократиаде Сергея Овчарова «Оно» (ударение на второе «о», поклонники Йоко!) музыка Курехнна стала одной из важных сторон произведения, соперничая по обилию иронии и сарказма с виртуозной игрой Ролана Быкова. В новой картине «Посвященный» продолжается сотрудничество композитора с режиссером Олегом Тепцовым, начатое в мистическом триллере «Господин оформитель».

Кинематографическим манифестом группы МИТЬКИ стала первая работа молодого режиссера Александра Бурцева «Город», поставленная по сценарию «митьков» Александра Шинкарева и Владимира Тихомирова.

Фильм рассказывает о судьбе молодого художника, приехавшего в Ленинград поступать в Академию художеств. Открытия и первые разочарования сопутствуют Володе. Его сюрреалистическая картина сурово раскритикована художниками — «митьками», приятелями его подруги Алевтины. Город наводнен «лимитчиками» и честолюбивыми провинциалами, которые надеются его покорить.

«Сестра, здравствуй, сестра! Дык елы-палы…»- поет в «Городе» Борис Гребенщиков, употребляя любимое мистическое заклинание «митьков». Есть в фильме Александра Бурцева и «смурная» песня другого аквариумиста, Андрея Романова. Превосходная песня Виктора Цоя, посвященная памяти безвременно ушедшего барда Александра Башпачева.

Песни Б. Г. звучат и в соловьевской «Ассе», и среди них подлинная жемчужина — «Мочалкин блюз», томная исповедь городского донжуана.

Оператор Дмитрий Масс дает в «Роке» ряд замечательных психологических портретов Б. Г. — изысканного, аристократического.

В студенческом фильме «Йа-хха» Рашид Нугманов интригующе портретирует Майка Науменко, руководителя ЗООПАРКА.

Петербургские брандмауэры, дворы, похожие на руины Хиросимы, мусорные баки, по которым только и можно догадаться. что дворы обитаемы. Майк, зловещий человек в очках — кулаком вышибающий двери, поднимающийся по лестницам заброшенного дома, произносящий перед зеркалом заветное слово из трех букв и кулаком же разбивающий свое отражение…

Атмосферным воздухом своей первой картины, «Взломщик», Валерий Огородников сделал стихию «тусовок», «обломов» , «улетов». Режиссеру удалось рассказать о молодежи, для которой обличье панка или «тяжметаллиста» — пароль для себе подобных. Все эти кожанки, цепи и шипованные браслеты в стиле «садо-мазо» — не что иное, как наивная и деланно-агрессивная альтернатива «синдрому приобретенного дефицита», болезни, почти такой же неизлечимой, как и ее тезка СПИД.

Социальная мимикрия героев «Взломщика» ограничивается тем, что они примеряют наряды, давно вышедшие из моды и теперь, с течением лет, превратившиеся из китча в самый «попс». Не случайно они «торчат» не на последних хитах из «топ-твенти», а на приметах «неглубокого ретро» — в фильме фоном звучат популярные некогда твисты вроде «Черного кота».

В фильме «Взломщик» снимался Константин Кинчев, суперзвезда «невской волны», лидер группы АЛИСА, гроза ленинградских милиционеров. Кинчев тяготеет к «демоническому» року (яркий макияж, шокирующие тексты, ореол скандальных слухов), чем необычайно радует борцов с «сатанинской» музыкой, видящих в АЛИСЕ исчадие ада.

Таким исчадием многие считают и Олега Гаркушу, сюрреалистический балет которого и зловещий грим «а-ля Носферату» повергает в столбняк бабушек перед телевизором.

Долговязый, в черном костюме, лацканы которого увешаны значками и «цацками», живо напоминающими «иконостасы» застойных лет, лидер АУКЦИОНА Гаркуша вдохновенно исполняет свои диковинные танцы, похожий на гуттаперчевого мальчика, надышавшегося ядовитого клея. Один из главных аттракционов ПОП-МЕХАНИКИ, Гаркуша снимался в «Роке» и «Взломщике». Но, как и Цой, сыграл сугубо драматическую (без танцев) роль в комедии Евгения Татарского «Презумпция невиновности».

Антон Адасинский — в прошлом участник АВИА и лицедей из клоун-мимтеатра Вячеслава Полунина, а ныне руководитель студии «Дерево» — снимался на «Ленфильме» в развлекательном шоу «Как стать звездой», а также в роли военного журналиста в фильме Александра Рогожкина «Ради нескольких строчек…».

Адасинский и его люди красноречивы своей пластикой, смутными ритуалами, в которых сплетаются элементы язычества, буддизма и лагерного социализма. Экранный Адасинский напоминает персонаж из антиутопий Оруэлла или Замятина, бритоголовое существо с графических листов Павла Филонова.

Юрия Шевчука и группу ДДТ снимали Алексей Учитель в своей антологии ленинградского рока. Петр Солдатенков в публицистической «Игре с неизвестным», Виктор Волков в «Публикации».

Песни Шевчука близки по духу бардам — «шестидесятникам» и прежде всего Высоцкому, отличаясь, понятно, музыкальным языком и абсолютным непочтением к эвфемизмам. Его песни, похожие на вопли раненого вепря, ярче других выражают драматизм окружающей жизни, апокалипсическое предчувствие гражданской войны. «Славянский соул» Шевчука, поддерживаемый властным, жгучим саундом ДДТ, подобен иерихонской трубе: «Я — церковь без крестов, лечу, раскинув руки, вдоль сонных берегов окаменевшей муки». Или его жесткая, отчаянная «Революция»: «Два пальца вверх — это победа, и это два пальца в глаза! Мы бьемся насмерть во вторник за среду, но не понимаем уже четверга! В этом мире того, что хотелось бы нам, — нет! Мы верим, что в силах его изменить, — да!»

Рок по-прежнему остается специфическим языком молодежи, однако от усложненных, электронных его форм он возвратился к корням — доброму старому рок-н-роллу, жесткому «хэви» (и спид-метал), року, музыке «реггей».

«Невская волна» отечественного рока, размывая застойную дамбу, все еще возводимую радетелями национальной «чистоты», хлынула за пределы страны. Сергей Курехин дает свои представления в Америке, Скандинавии и Японии. Б. Г. записывается в Штатах, дает благотворительные концерты, сотрудничает с ЮРИТМИКС, Юрий Каспарян из группы КИНО женился на американской певице Джоан Стингрей (энтузиастка, стараниями которой увидела свет знаменитая пластинка «Красная волна»), и, кажется, этот союз будет удачно сочетать дела сердечные с делами творческими и продюсерскими.

Ленинградская фирма «Русское видео» во главе с ее энергичным боссом Дмитрием Рождественским снимает концертные программы и клипы с участием суперзвезд ленинградского рока.

Рок-н-ролл жив, а мы еще нет…

Фото А. Андрющенко, Л. Гусева, П. Васильева, Г. Коревых. А. Усачева

Алиса в стране чудес

На лестничной площадке было слышно, как он что-то наигрывал на гитаре. Он — это тридцатидвухлетний Константин Кинчев. Правда, в своей квартире среди полок с книгами (Толстой, Воннегут, Фромм) и игрушек его трехлетнего сына Кинчев был совсем не похож на неистового лидера группы АЛИСА, которой до недавнего времени официально запрещалось выступать в Ленинграде, Москве и других городах.

— Костя, злые языки до сих пор утверждают, что все инциденты на концертах АЛИСЫ, включая печально знаменитую драку в 1987 г. в Ленинграде с блюстителями порядка, после того как один из них ударил твою беременную жену, устраиваются АЛИСОЙ намеренно.

— Ничего себе, намеренно. Я тогда три месяца под следствием провел. Каждый день — к следователю и на протяжении 6-8 часов — очные ставки, допросы… Судебное дело выиграл, но скольких нервов мне это стоило. Что же касается драк, то я их не провоцирую, а наоборот: если вижу, к примеру, что девчонку или парня бьет какой-нибудь из омоновцев, тут же прекращаю концерт.

— То есть ты считаешь главными зачинщиками беспорядков ОМОН и милицию?

— Да, я считаю, что почти все драки на наших концертах были спровоцированы ими, а не АЛИСОЙ и ее поклонниками. Может, я много на себя беру, но думаю, что такая охрана нам и не нужна вовсе. Я один могу контролировать положение в зале. Вот недавно в Калининграде милиция отказалась работать на нашем концерте. Я попросил ребят не лезть на сцену и они не лезли.

— Думаю, что не все согласятся с твоим мнением о стражах порядка. Например, ленинградский телерепортер А. Невзоров рисует их иными красками…

— Начнем с того, что я познакомился с Невзоровым в 1987 г. Меня тогда в чем только не обвиняли, а он работал в передаче «Открытая дверь» вот я и решил в нее постучаться, чтобы мне самому дали высказаться по всем вопросам. Но вместо прямого эфира, вместо моего выступления было полтора часа мультфильмов. Я спросил его, что бы он сделал на моем месте. И знаешь, что ответил Невзоров? «Я бы повесился. АЛИСА антисоветская группа. А антисоветским группам не место на свободе». Видимо, в ту пору он был ярым коммунистом. Короче, для меня он — флюгер, который четко знает, за кем сила и власть, — на тех и работает. Я не чувствую в нем какого-то внутреннего морального стержня. Точно так же отношусь и к его репортажам. Кстати, и о нем написал песню. Называется «Звезда свиней».

— А на чьей стороне твои политические симпатии?

— Сейчас я, что называется, руками и ногами за Ельцина. Пусть он не умеет красиво говорить — или еще что-то, но мне нравится его позиция. Хотя я и отдаю себе отчет в том, что он политик, а политика — это лавирование. И если завтра он повернет в другую сторону, я не удивлюсь.

— Что ты думаешь по поводу того, что сейчас стали усиленно пропагандировать всевозможные верования?

— Хорошо, что вспомнили о религии. Хорошо, если бы в Бога истинно уверовало как можно больше людей.Меньше грязи будет в душах, ведь если выбрал Его, то искус насилия, власти, тщеславия, гордыни над тобой не возобладает.

— Но, если помнишь, после событий в Вильнюсе и Риге военные говорили, что над ними, кроме всего прочего, еще довлеет присяга…

— Если человек сам расписывается в том, что он болван, что им можно управлять как марионеткой, мне тут нечего добавить. Легче всего свалять вину со своих плеч на приказ неизвестного начальника. И фашисты во время войны так говорили. И энкэвэдэшники каялись: мы только исполняли приказы. Но на то мы и люди, что бы в каждой ситуации действовать так, как подсказывает совесть, если, конечно, она есть. А все оправдания насчет присяги только показывают, что совесть их не чиста и руки в крови.

— Ты сказал как-то, что находишься в стадии богоискательства. Что это значит?

— Я не крещеный и не христианин, хотя верую в Бога. Церковных канонов не приемлю, не люблю попов за то, что они врут. Вот был я в Печорском монастыре. Что там за попы такие пошли? Я приехал туда покаяться, чтобы мне показали дорогу, которой идти, а меня начали кадилом охаживать: «Бес, иди отсюда!».

— Концерты АЛИСЫ, кстати, часто называют «сатанинскими плясками»… Так поэтому ты и не любишь церковь?

— В бесовстве кого и за что только не обвиняли. Церковь и колядки, и праздник Ивана Купалы объявляла бесовскими игрищами. Церковники догматики, а любая догма убивает все живое. И мне это не нравится.

— Кстати, Костя, лично для меня в твоих песнях больше языческого, чем христианского.

— То, что Россия — языческая страна, для меня совершенно ясно. Мы поклоняемся-то чему, откуда энергию черпаем? Из воды, да земли, да огня. И как христианская церковь ни боролась, а народ языческие праздники до сих пор помнит и отмечает — и блины на масленицу печет, и колядует, и т. д.

— Может быть, раздвоенность русской натуры – вроде и не европейцы, и не азиаты — и мешает нам жить нормальной жизнью?

— А я считаю, что наша раздвоенность — это как раз и хорошо. Великая красота русского духа в том, что его носит по огромной амплитуде — то поднимает, то о землю ударит. Не то, что Европа живет — по маленькой. А середина — это болото, тлен. Ни горения, ни взлета. Правда, и падения нет. Но зато мы отдыхать умеем так, как никто другой.

Кстати, к вопросу о язычестве. Ты знаешь, что слово «кощунствовать» произошло от слова кощуны. А кощуны — это сказки, которые на Руси пели певцы-бояны. Они кощунствовали, то есть пели свои песни. Так что и мы сейчас кощунствуем.

Черная метка Константина Кинчева

Я до последнего момента не верил, что интервью с Кинчевым состоится — уж больно не любит он журналистскую братию. «Он будет не в настроении, у него будет мало времени, наконец, он просто не придет»,- думал я на ходу. Ровно в три часа дня я пересек порог студии “SNC”», а через пять минут появился Костя, втащив упакованный в драную коробку синтезатор.

Скинув верхнюю одежду, он остался в черном одеянии — толстом свитере и обтягивающих джинсах.

— В одном из интервью ты сказал, что АЛИСА напоминает тебе «небольшую религиозную секту». Явлешься ли ты в ней учителем, спасителем или пророком?

— Я ученик по жизни. Куда приведу ей Богу, ребята, не знаю. Я не вижу путей и дорог, иду вслепую. Было бы наверное проще, если бы я был истинно православным до конца. А я по вере православный, по мироощущению — все равно язычник.

— Образ хулигана, культивируемый тобой особенно в раннем творчестве — это твоя суть или же попытка сыграть на имидже Джонни Роттена или Сида Вишеза?

— Я панком никогда не был. Наиболее близкая мне форма существования это, конечно, анархия с соблюдением кодекса Иисуса Христа. Мне странно видеть, что люди, олицетворяющие в моем понимании отечественный панк рок, вдруг начинают печататься в таких газетах, как «День» (ныне «Завтра»), выступать с политическими акциями. Дьявол вьет свои гнезда как раз в сердцах людей, стремящихся к власти. Поэтому мне бы хотелось встретиться с Егором Летовым и предостеречь его от политических игр. Можно оставаться патриотом и быть вне всяких группировок.

— Тебе уже 35 лет. Как ты смотришь на то, что на концерты АЛИСЫ ходят в основном 14-16-летние подростки?

— Было бы странно видеть в зале много 40-летних женщин и мужчин, прыгающих и делающих «козу». Рок-концерты это, как и секс, физиологическое действие, способствующее энергетическому обмену. “Коза” из двух пальцев это штепсель, а музыка это розетка. А в текстах я уже говорю своим языком, на своем уровне не опускаясь до уровня толпы.

— Во многих твоих песнях часто встречаются слова «кровь» и «война». С кем же ты воюешь?

— Вопрос о смысле жизни возникает у каждого человека. С того момента как он впервые задает себе этот вопрос, начинается «война» внутри него между добром и злом.

— У тебя эта война продолжается?

— А как же! Я, как и все люди, слаб и чернее, чем хотелось бы. Песня единственная возможность очиститься. Это как исповедь.

— Ты как-то обмолвился, что у тебя «запойный характер». С этим стоит бороться или ты уже смирился?

— Это беда всех рок-музыкантов. Но сейчас я пью достаточно редко, если сравнить с тем, что было 5 лет назад. Иногда хочется расслабиться, но столько работы, что здравый смысл подсказывает — этого делать нельзя. Позволяю себе три дня подряд отвязаться. Конечно, жена с детьми при этом ночуют у подруги. Это нехорошо. Но бывает крайне редко — раз в два месяца.

— Почему в твоих жестах на сцене так много театральности?

— Для меня театр это магия. Если говорить совсем банально, то вся жизнь театр. Мне как то предлагали сыграть роль Гамлета. Но я отказался, так как в этом деле я дилетант. А я не люблю быть дилетантом.

— Знаю, ты дружишь с воинами-афганцами. На какой почве родилась эта дружба?

— Видимо, понятие рок-н-ролл и война созвучны друг другу. Поэтому мы понимаем друг друга с полуслова. Мне по жизни ближе всего парни бойцы, прошедшие войну.

— Существует расхожая фраза, что «музыканты, как дети малые». Ты считаешь себя таким ребенком?

— Любой настоящий мужчина всю жизнь и до глубокой старости остается ребенком. Женщина гораздо мудрее и взрослее. Она больше привязана к земле. А мужчина витает в облаках. В нем не развито чувство опасности, в отличие от женщин.

— Одно время все наши рок-музыканты повально увлекались оккультизмом. Тебя это не миновало?

— Это очень опасная игра. Игра с дьяволом. Он здесь царь и бог, и только ему ведомы правила игры. Поэтому люди, попадающиеся на эту удочку зачастую кончают трагически. У человека «едет крыша», личность раздваивается и потом гибнет. Потому что наша черепная коробка Вселенную вместить не может, доверяться надо только сердцу. Этой игрой заигрались, кстати, и Саня Башлачев, и наш гитарист Игорек Чумичкин.

— Наколка на груди и на плечах у тебя настоящие?

— Конечно, настоящие. Это же часть ритуала.

— Но ведь это на всю жизнь.

— Так ведь рок-н-ролл тоже на всю жизнь. Это черная метка. «Тот, кто взял се однажды в повелительные руки, у того исчез навеки безмятежный свет очей.» Я не шучу. Почитайте «Волшебную скрипку» Гумилева. Там все сказано и о «Черной метке» и о рок-н-ролле, кстати. Я не мог устоять и взял эти строки эпиграфом к своему новому альбому, который так и называется «Черная метка».

Костя Кинчев — песня о друге

— Костя,а ты любил Сашу?

— Любил? Не знаю,наверное.

— А почему он умер?

— …?…

— Ну бог с ним, не хочешь — не отвечай. Костя, у тебя такие героические фамилии…

— Почему во множественном?

— Потому что на самом деле ты Панфилов — разве не звучит? Нет, я понимаю, конечно, в «Кинчеве» больше грома, силы, азарта и мятежа адского. Кинчев — болгарская фамилия твоего деда — коммуниста, попавшего в тиски сталинизма. Я правильно говорю?

— (кивает)

— И все-таки давай о Башлачеве. Я понимаю, трудно, но постарайся пожалуйста. Ты считал его близким другом?

— Ну как… У меня была большая тусовка, многих я знал только в лицо. Но Саша был для меня дороже многих. Да, конечно, другом.

— Какие человеческие качества тебя особенно привлекали в нем?

— Все человеческие качества, которые должны быть в человеке.

— Что ты можешь сказать о нем, как о музыканте, как о поэте?

— Сильный музыкант, сильный поэт. Кстати, очень мало почему-то говорят о том как он играл на гитаре — играл он классно. Очень ритмичный парень был, на барабанах стучал хорошо.

— У вас были совместные выступления?

— Да,что-то вроде святей Троицы — Башлачев, 3адерий и я.

— Интересно, неужели кураж, свойственный тебе, передался ему?

— Ты просто не знаешь его ранних песен. Многие из них ходили по спискам, а иные, как «Вахтер», вообще на людях не исполнялись. Ведь любой мог быть стукачем.

— Интересно, а какие общие интересы, помимо музыки, вас связывали?

— Он у меня жил просто, приезжал, когда негде было жить.

— Имел диплом журналиста?

— А что ты хочешь? Журналистика это машина, когда-то сделавшая его своим винтиком. Хорошо, что вовремя одумался. Просто Сашина совесть не могла продаться в лапы продажных искариотов.

— Значит, у тебя дома ему было…

— Хорошо, тепло, уютно. Как и мне у него.

— Костя, ты часто вспоминаешь Сашу?

— Когда пою «Воздух» — вижу его глаза. Их выражение я не могу забыть никогда. Если помнишь, Саша сказал когда-то: «Души на небесах держит энергия памяти…».