Вот есть тема. Скажем, фестиваль. И надо вспомнить. Если подробности, хронология, имена и даты вспоминаются с трудом (или не все хочется вспоминать), то лучше всего начинать повествование с конца. Во-первых, потому что все остальные начинали с начала, а если начинаешь с начала, то к концу уж непременно устанешь. А во-вторых, если начинаешь с конца, то есть с того момента, когда все уже поработали, оттянулись, устали, расслабились и почти дематериализовались то, продвигаясь к началу, осознаешь всю относительность и несерьезность хронологии, дат и прочих атрибутов поступательного движения времени. Все, кто уезжал с того самого фестиваля на электричке Рязань – Москва, были без билетов не по отсутствию денег, а за отсутствием времени на их приобретение. И это самый серьезный аргумент во славу моего метода. Тогда же, помнится, еще более бледный чем обычно А. Г. сказал, печально оглядев безбилетников на скамейках электрички: “Нет, ты подумай. Кому они?.. То есть мы… И зачем?… Да никому. Разве, вот, тебе, или ему, или ей. Ну еще может быть…, а может и не быть. И все как-то не по-людски…” Изрек, подведя таким образом идейно-философскую базу под главное впечатление, вывозимое мною с того фестиваля. К ней мы еще вернемся.
А сейчас речь пойдет об автобусе, который вез притихших рокеров – двумя рядами по два – к этой самой электричке. На заднем сидении, не вписавшиеся в ряды, Оля Кочеткова и Ваня Воропаев за два часа дороги исполнили весь – мыслимый и немыслимый – репертуар. Их никто не поддержал, а иные, возможно, осудили в душе этот антипрофессиональный утренний порыв. Право, не стоит. То была не случайность, не навязчивая прихоть, а заключительный аккорд, вполне в духе идейно-философской базы.
Позволю себе небольшое отступление. О видимостях и слышимостях, что суть принадлежности одного и тот же явления. Например, рок-фестиваль типологически относится к разделу зрелищ, а “имеющий уши” ходит туда для тот, чтобы “послушать”.
Все “видимости” рок-фестиваля были соблюдены на “плюс 1” согласно канону. Кстати, помнится, что первое же выступление – ДХ гораздо более ласкало глаз, чем ухо, в особенности нарядный прикид и хайратник Павлова.
Со “слышимостью” дело обстояло несколько хуже. Поспособствовала тому в оба конца “непрошодившая” аппаратура. Все было бы невнятно, если б не тусовка – замечательная, редкая по настроению, я бы даже сказала – одухотворенная. Тусовка вполне сохранившая свою “видимость” и напрочь утратившая иллюзию имени К. Кинчева (“мы вместе”). Тусовка, равнодушным гулом сопровождавшая все ярко-выраженные видимости фестиваля, время от времени, вдруг, стихающая, слушающая. Стоп. Вот тут я готова принять обвинения в примитивном субъективизме, а также в желании подтасовать факты под этот субъективизм. Приняла. Продолжаю. Именно это кажется самым любопытным и многообещающим в том, что было концертами. Живой звук, который заставляет бросить на полуслове разговор и размывает точку опоры, этот звук немедленно исчезал, превращаясь и какую-то свою противоположность, как только звучащий начинал активно вырабатывать уже сложившийся имидж. Сточки зрения здравого смысла – это полная чушь, поскольку противоречит древнему правилу восприятия, согласно которому привычное воспринимается лучше. Но это так.
Музыкальным откровением по звуку и торжеством дыхания и легкости в атмосфере запомнились мне настройка группы АДО в первый день и настройка КОМИТЕТ ОХРАНЫ ТЕПЛА во второй. И не страшась быть обвиненной в отсутствии индивидуального вкуса, скажу, что народу в зале это тоже нравилось. Народ радовался как ребенок. Слышал и радовался. Еще помню, но смутно, как народ с тихим любопытством прислушивался к Ю. Видимо оттого, что Ю на протяжении всего выступления настраивалось и пыталось понять, что же оно такое играет.
Сожалею, не довелось увидеть знаменитого “джема” Лаэртский – АДО. Наверное, было хорошо. Эти “двое” заводятся друг от друга, что всегда приятно и вселяет веру в будущую жизнь.
Отступление мое затянулось, а между тем, не описан один славный эпизод. Ночь. Лес. Угоревшие в автобусе и обалдевшие от воздуха, бывшие действующие лица фестиваля сбились в углу нетопленого, полутемного и гулкого помещения у телевизора – посмотреть отснятый на видео материал. Высказанные вслух замечания сводились к следующему: “Вот так оно и было?… (дружный хохот)… Ну и рожа, промотай!”. А в это время экранное изображение внимательно разглядывало хихикающую компанию. Все самое интересное происходило “за кадром”.
P.P.S. Из – до всего. Поутру мы с невинно дремлющим на сестринском плече звукорежиссером подъезжали к Рязани. Обсосав до тошноты пилюлю очередного распада группы, но уже предвкушая нечто, я размышляла примерно так: “На улице минус восемь, а в Рязани “ПЛЮС 1…”. Тогда мне было не додумать этой мысли, но название фестиваля сработало магически и сверх намеченной программы оказалось ПЛЮС Ю. Хотя это, быть может, нескромно. Спасибо.
* – Напоминаем что группа “Ю” не была первоначально заявлена в программе фестиваля. (Прим. редакция)
Инна Кравченко (группа Ю)
