Та, что вы сейчас прочтете, была написано мной в феврале сего года без намерения когда-либо опубликовать эти строки. Но некоторое время спустя это намерение все же появилось – прежде всего потому, что сама жизнь подтвердила справедливость написанного. Ну, и еще потому, что наш журнал наконец- то очнулся от долгого летаргического сна…
Честно говоря, я не люблю газету (или уже журнал?) “Рок- Фузз”. Есть у меня к этому изданию кой-какие претензии, в первую очередь — зависание на одних и тех же именах, назойливая реклама скучного “Радио—1” и вопиющий непрофессионализм большей части корреспондентов, непрофессионализм, если не уместный, то хотя бы понятный в самиздатовской прессе и совершенно неприемлемый в издании, выходящем двадцатипятитысячным тиражом. Но все равно, несмотря на это, стараюсь читать – по мере возможности, конечно, — альтернативы нет, по крайней мере, в Питере. А жаль, ведь если ранние номера не вызывали у меня ничего, кроме легкой скуки, то прочтение поздних, цветных и фирменных, избравших – в качестве цели своей деятельности — ликвидацию подростковой рок безграмотности, и в качестве фотомодели – Чижа, уже было вредно для здоровья, а последний на сегодняшний день “шедевр” №20 – поверг меня в состояние затяжной депрессии. И самое гнусное впечатление произвела рубрика “Резонанс”, представившая рецензии на книгу А. Кушнира “Золотое подполье”, написанные А. Бурлакой, А. Бределевым и А. Старцевым — редакторами, соответственно, журналов “РИО”, “Северок” и “Рокси”.
Сразу хочу сказать, что вышеупомянутые журналы я не только не читала, но и в руках не держала — в то время, когда они выходили (куда?), была мала и не причислена к элите, за что и приношу господам редакторам свои извинения. Но если эти журналы были выдержаны в таком же тоне, как и “Рок-Фузз”’овские заметки, то можно считать, что мне повезло. Нет слов, московско-питерская грызня отвратительна, на надо признать, что мои земляки в сем славном деле преуспели гораздо больше, чем так нелюбимей ими Кушнир. Причем, насколько я поняла, основная вина последнего состояла в нежелании слепо преклоняться перед “ветеранами” и “грандами”, т. е., в сущности, перед теми же самими Старцевым и Бурлакой. Ай-яй-яй, ну как же он мог?
Самая маленькая и самая симпатичная рецензия принадлежит перу Александра Бределева, спасибо этому человеку, хотя насчет функции просветительства можно и поспорить, но делать этого не хочется, в конце концов, это личное дела каждого журналиста – зачем писать. Старцева в книге задели – и он отыгрывается на Москве – в лучших традициях московского склочничества, валя в одну кучу Троицкого и Гурьева, Жарикова и мексиканские сериалы, благополучно забыв о том, что в Москве, в отличии от затянувшегося болотной ряской Питера, все-таки да сих пор что-то происходит. И во многом благодаря усилиям тех же Гурьева и Кушнира. Ну а Статья Бурлаки – это просто ва-а-ще! Такого я не читала где-то с начала 80-х, когда компартия решительно отмежевывалась от ереси различных диссидентов. “Не кушнирам мерять нас своим ущербным аршином”. Шедевр, да и только! “Нас” стоило, наверное, написать с большой буквы для полной ясности. И поставить памятник в захламленном дворе на Рубинштейна, 13: “Андрею Бурлаке, великому и неповторимому”. Вот талько где сейчас РИО?
Я не защищаю Кушнира – он далеко не ангел, да и не нуждается его труд в каких-либо оправданиях. Дело не в этом. Дело в том, что происходит сейчас в Питере, и почему появляются такие вот статьи, авторы которых считают себя пупами земли со всеми вытекающими отсюда последствиями, на основании своих прошлых, пусть даже и несомненных заслуг. Наш город — давно уже не столица рок-движения, да и “движением” то, что происходит здесь, может назвать только круглый дурак. И пока мы не избавимся от своего питерского эгоцентризма и не научимся смотреть вокруг, и не только смотреть, но и учиться у соседей уму—разуму, все останется по-прежнему, и мы, погружаясь в болота, будем торчать от собственной крутизны и от музыки 10—15—летней давности. Сколько можно?
С. С.