…Все. все. встаю. Да где же этот будильник?! Вот он, на столе, специально подальше положил, чтоб с гарантией встать, свет включить… Сработало. 5 часов, одна минута, через 50 минут надо быть в казарме по тревоге.
Смешно и странно – кто бы рассказал раньше, что тревогу объявляют накануне, буднично так – тревога, мол, товарищи офицеры, не проспите. А бывало и просыпали, н прибегали уже в парк, к заведенным машинам и озверевшему командиру… Так, портупею потуже, идти придется быстро. Записная книжка – на месте. Ручка – на месте. Фонарик – в карман бушлата, бинокль через плечо. Противогаз и планшет в казарме, там все в порядке, ни один проверяющий не докопается… Позавтракать, как всегда, не успеваю – дубак такой, что чай в чайнике замерз – двух стекол в окне нет – затянуто пленкой – гад зампотыл, так и не дал стекло, хотя у него есть, у него все есть, запасливый, а мне все равно не так много осталось… Ключи – в карман, замок защелкнулся хорошо, как всегда я встал самый первый, даже свет в коридоре никто еще не включал. Время – 5.10, нормально.
* * *
Да. осталось немного, но погодка-то вполне зимняя, хотя п октябрь всего. И кочегары опять видимо напились, вон труба – даже не дымит. “День полного стакана” отмечали, могут себе позволить, не дом комдива топят, да и там, говорят, холодно. Вот он, этот дом. а вон и комдив вышел – рано сегодня, начало проверки, стрельбы в трех полках, а ему надо зарабатывать генеральские погоны… “Ну, ну, большому кораблю – большая торпеда”… Шире шаг, быстрее мимо. Пусть лучше подумает, почему у подъезда еще не подмели. Проспал Андрюха, или не подумал про проверку? С него станется, с училища о его лени анекдоты ходят. Не додумал арестантов с “губы” пораньше отправить, а комдив отметит, обязательно отметит, не такой человек…
Дорога в гору, да еще песок намело на обочину, потеряю время, а уже 5:20. Вроде и недалеко, 3 с половиной километра, но четыре раза в день, а когда и шесть – вот уже и 14 или 21 км. С непривычки тяжело. Машины у РМО – развалюхи, никак Мустафа не отремонтирует, да и толку-то: он отремонтирует – прапора разобьют, им все до фонаря, солдат все равно за баранку не посадят, выходит, они незаменимые… Здравия желаю, товарищ подполковник!
Был бы верующий, перекрестился бы. Комендант, легендарная личность, устав – наизусть, в личном деле одни благодарности, “эталонный офицер” – но ведь всю кровь на инструктаже выпьет. Не дай бог кто из караульных не знает номер автомата – инструктаж на второй раз, под снегом, иод дождем, в жару – плевать. Он из окна кабинета следит, а ты перетирай в сотый раз одно и то же. Применение оружия, приемы рукопашного боя. порядок заряжания… Вроде бы “через день на ремень”, а все равно или не разбудят кого до конца, или просто не могут они усвоить: кто-нибудь раз в месяц, но стрельнет в пулеулавливатель. Последний раз считал вчера, перед сменой – 22 дырки 7.62 и с десяток 5.45 – это спецназовцы. Вон, как раз мимо их КПП прохожу. Тихо все. Этим проверка – каждый день, каждую неделю, с оружием – как наши с лопатой – не расстаются. Оттого и стреляют редко и дедовщины, говорят, нет – доверять друг другу надо. Или дрессура такая?!
О, чудеса – машина, в такую-то рань. 25-79 – всего, значит, 104. Почти рефлекс уже: увидел номер, посчитал сумму – тренировка. Первый командир дивизиона научил, спасибо ему. Вы. говаривал, товарищи офицеры, элита армии, но тренироваться надо каждый день, иначе на стрельбах соображать будете медленно. И начштаба. ветеран Чечни, поддакивал: – если в бою опоздал, значит, пехоте хана настала и тот, кто выживет, тебя потом … ну, вы поняли? Да уж, майора Будникова мы видали – как он боевыми над головами своих окапывающихся солдат стрелял. Грунт на полигоне каменистый, но вот от “буденновцев” в разные стороны летел так, будто это песок или чернозем какой. “Не бывает атеистов в окопах под огнем…”
КПП дивизии – дежурный, дурачок, запустил комдива и спит, а там еще замов да командиров полков человек 20 следом едет, ну, будет ему наряд вне очереди – да только этим разве кого напугаешь? – он, наверное, и так по 3-4 наряда в неделю тащит, народу не хватает.. Парк – колючка в норме, в субботу все дыры лично проволокой позапутал снег с машин сметен, тенты натянуты – у Буркина под самоходкой опять темное пятно – бак потек, солярка вся в песок ушла – а дежурный по парку не заметил… Люська, зараза, замолчи! Тоже мне, “собака полка”… Только командиру хвостом виляет, только Мустафу боится – после того, он в нес две обоймы расстрелял из ПМ’а. Было время! – пьяный шел с наряда, разозлился на Люську за гавканье, да и расстрелял в мерзкую собачонку 16 патронов – не попал ни разу, странно. А еще удивительнее, что его тогда из армии сразу не турнули, выговор объявили и лишили “всего, чего можно лишить”. Для бедного лейтенанта это он здорово влетел, не пил где-то год, по рассказам старожилов…
Казарма – конечный пункт нашего путешествия! Время – 5.45. здорово, это, пожалуй, рекорд. Открывай, Щукин, свои! Опять он дежурит, не надоест же командиру дивизиона. Вообще-то он мужик с характером, только из академии, знаний не растерял пока, а в полку ему еще надо себя поставить – но 25 нарядов дежурным по дивизиот для Щукина многовато. Да и на полигоне он нужнее, его расчет – лучший, надежнейший, будет командир полка стрелять, так лучше уж со Щукиным… Дверь опечатана, замок закрыт, все в канцелярии на месте. Планшет с картой, противогаз, полевая сумка – через плечо, прибор управления огнем сегодня не нужен, вроде все… До подъема – 3 минуты… Замок – слепок – печать приложить – нормально отпечатался. Ори. Щукин!
Так. чудеса дрессуры – даже Барабаш не забыл светомаскировку опустить. Что ж. простим ему опоздание на пятнадцать секунд в строй. Ну, гвардейцы, вы меня удивляете – подняться по тревоге за две минуты 50 – это прогресс. Мумеев, где ты взял эту шинель?! В сушилке, точно? А твоя где? На вешалке нет? Щукин, Быков – ко мне. Ну, сержанты, что вы скажете за эту шинель – да в ней уже троих похоронили! Быков, ты старшина дивизиона – я же тебе сто раз говорил – выбрось этот хлам или обменяй у танкистов на шапки. Щукин, где Мумеевская шинель? Каждое утро одно и то же. А если остальных проверить – дивизион, шинели расстегнуть, бирки показать. Так… так… первая батарея в норме, вторая вся в карауле, третья – это один Мумеев, второй дивизион пошел… Так я и думал! Бумеев, позор полка, собака злая, ты почему в чужой шинели? Кто в твоей в караул ушел? Слушай, но ведь он даже не дед, он всего на полгода старше тебя, на голову ниже и килограмм на 20 легче – ты понял намек, Бумеев? Нет. не бить, поговорить с ним. как следует, при чем тут – бить… Надави голосом, психикой – а-а. да что тут говорить: отдавай шинель Мумееву, сиди в казарме, один черт на полигон не едешь, тебе в караул… Учи устав, – под твою, Щукин, ответственность, чтоб не спал в сушилке, не сухари со склада воровал – ты еще те 10 суток не отсидел, Бумеев. – но и не полы драил. В ленкомнату, 20 статей – и вперед… Здравия желаю, товарищ майор! Машина будет в парке, Мустафа должен позвонить. А, эго. должно быть, от нег о. Да. Дятлов, я понял – опять связи нет – дивизион, на улицу, бегом марш – становись – в парк бегом – к машине – вот черт. опять я в 86-ой КАМАЗ, в кузов, с личным составом. 35 км по проселкам – лучше уж на самоходке – ну-ка, орлы, дайте место командиру! Поехали.
* * *
…Что, приехали уже? Точно, как уснул – не заметил, а вот и огневая. Окопы по полному профилю, проводная связь с орудиями – есть, ровики под боеприпасы – осыпались совсем, надо бы подновить, СОБом нынче Витамин – начштаба дивизиона Вениамин Лазарев. Здорово, рыжий! Что, спал не раздеваясь? Сочувствую – ты бы лучше в машине лег, один хрен всю ночь двигатель гоняли и ветром се не продувает. Да, насморк – это как минимум, а можно и почки приморозить… Только меня ты не агитируй, я СОБом – каждые стрельбы, это уж вчера, в связи с караулом… да, а сегодня опять заступаю. Ничего, я привык – 13 караулов в месяц, понял? Больше ни у кого нет, только у Буркина столько же. А. Сан Саныч. здравствуй! Как машина, как двигатель? Ты уж проследи за Барабашкой, ствол проверь, а то опять забудет бумагу внутри… Ремешок белый я добыл, не волнуйся – в сейфе у меня, и сигареты там же, и два письма твоих… с полигона вернешься – все отдам, только ты машину сбереги, ствол не забудь перед маршем закрепить. Ну. все, мне пора на КПП. вой машину уж завели…
Не люблю я КНП. ох, не люблю… По сути, нужны тут четыре человека: разведчик, дальномерщик, телефонист и стреляющий, все остальные только мешают. И чем больше звезд на погонах – тем больше мешают, да-да. это я о вас, товарищ полковник… Ну. завел старую песню – “двадцать лет на этом полигоне, все дальности, все угломеры наизусть, все ориентиры своими руками…” – знаем, знаем… Дайте-ка лучше на карту глянуть. Так, границы “котла”, основное направление – надо записать, ориентиры – точно те же самые что и двадцать лет здесь не меняются – во, первый выстрел! – и первый стакан – зазвенели, полковники – а я ведь не жрамши, не спамши. .. Ну-ка, Дим Димыч. дай бинокль – твой лучше. Большие отклонения? Эго ничего, для первого выстрела нормально, а стрсляет-то командир полка. Вот ведь – судьба. Генералом ему не быть, до пенсии еще далеко, квартиры нет. жена – и то в другом городе живет, за 120 км, здесь работы нет. Ни семьи нормальной, полк далеко не лучший – служит кое- как. пьет – вон, уже на взводе. Пока трезвый – ничего ему нс интересно; чуть выпьет – пора работать, работун нападает, все в штабе крутится-вертится; чуть перебрал – едет тихо, никого не трогает, а там и домой пора. Стрельбы, проверки – для него это скука смертная, ничего от них не изменится, а снарядов он та свою жизнь расстрелял – вагоны!
Ну, вроде пошла работа. – второй стреляет. В среднем на задачу положено четыре минуты на все расчеты, да пока с огневой договорятся, да там пока зарядят-наведут-проконтролируют- выстрелят – вот уже 10-15 минут потеряется, потом на КНП разбор полетов, воспоминания и байки, рюмка-закуска – итого 30-35. Так до меня очередь часа через 3-3.5 дойдет. Вздремну пока в сгоронке у связистов. Холодно, черт. зря в машине уснул – может быть и расходился бы. а теперь весь день носом клевать…
Иди к черту, Дим Димыч! Вот дойдет до меня очередь… – уже дошла?! Сколько же я проспал…
Пойдем
Проверяющий – готов, аж очки запотели, начарт дивизии – готов, рожа – хоть прикуривай, комполка уже из бункера не выходит. Значит, стреляем в основном с командиром дивизиона.
Карта, таблицы стрельбы – иод рукой, на телефоне – начальник связи полка. Вот. поторопился своих солдат на дембель отправить, а молодых-то нет еще – работает один за пятерых. Надо не забыть, обменять ему пару катушек с проводом на аккумуляторы Ладно, к выполнению задачи готов! Разведчик, дальномерщик – доложить!.. Время пошло.
Так, как это нас учили – “Но тому гадскому хутору, где вчера комбат триппер подцепил…” – цель 108-ая. РЛС – не положено, но идее, высокомансврснная цель. нам бы чего попроще…
Осколочно-фугасным, взрыватель – осколочный… – “прицел вчерашний, заряд – две шапки пороха” – заряд второй, прицел… – вот, черт, не могли прибор почистить, все песком забито, аж скрипит
– прицел 440! телефонист повторяй!!! – “направление – вдоль дороги…” – основное направление – правее 2-10! – “двумя ржавыми минами…” – основному – один снаряд – ОГОНЬ! Есть разрыв… корректура дальности… знак не забудь! доворачиваем влево… ОГОНЬ! ОГОНЬ!
…Готово, отстрелялись… Холодно было.
а теперь мокрый весь. На самом деле, – на самом деле! – та РЛС после первого разрыва давно уже смылась, но осколками се должно было зацепить. Время – ‘отлично”, командирское решение – в норме оценки “хорошо”… Да какая разница?! Мне до дембеля – чуть-чуть, подумаешь, оценка…
* * *
…Опять в кузов?! Сколько же можно – задница на этих досках вся в синяках…
Да, а ты вспоу ш, как на сборах – на этом же, кстати, по пионе – три года назад вас на ГАЗ-66-о.ч возили, все болты внутрь кузова торчали не то что задница – весь ты в синяках ходил. И обгорел еще на солнце, кожа слезла даже на коленях…
…Приехали, вылезай… Хорошо, что в центре города остановились, зайду в магазин, пожрать чего-нибудь куплю. Езжай, Казанец, до дома я пешком, тут в гору за 15 минут – от “центра” до окраины”. Городишке 200 с лишним лет, а население как будто и не выросло – 25 тысяч человек, воды горячей нет и не будет еще сто лет, один кинотеатр, одна дискотека и один книжный… “Мы ходим здесь в один кабак и в одно кино…” Ну нет, кабаков только у нас в городке два – “Фиалка” и “Ротмистр”. Да по городу еще пять – всю ночь, можно куролесить. Ну, да я-то ни в одном не был, по мне лучше поспать лишний часок… “Лучше переспать, чем недоесть”. Мудр наш народ, ой, мудр, только жрать себе никак не может научиться готовить. Вот и я такой же – дайте мне. девушка, две лапши – в стаканчиках – банку кукурузы и пачку сосисок. Да – и сухарей килограмм к чаю. На сегодня хватит, на завтра после караула куплю, успею…
Караул, караул.. уже двадцать девятый за три неполных месяца. И это немного: в караулке висят портреты геройских парней из мотострелкового полка – по 150 – 170 караулов у каждого. Правда, и сидели они на этой же “губе” не один раз каждый п наши уже успели… Ладно, о грустном потом – вот уже и общага. Сумки – на крючок, противогаз – в шкаф, шапку, бушлат – туда же. Китель – мокрый – на батарею, дивное дело – батареи-то теплая! – чайник… э-э. стой, брат, а лыжи-то забыл! Ближайшие
сутки в них ей чодить, в ботинках этих негнущихся, снимаем быстро. Вот. в тапочках лучше. Так. на чем мы остановились – чайник в зубы, бегом на кухню.
Привет, Аннушка! Как обычно – спала до 12, два часа красилась перед зеркалом, теперь будет полы мыть… бездельница. Молодая девка, ей бы учиться – нет, ушла из дома, работу нормальную не нашла, мост две общаги, по ночам музыку слушает да романы читает хорошо, что хоть денег у нее нет на колонки, гоняет свою “На-Ну” через наушники… А ведь это мысль насчет музыки, надо сейчас чего-нибудь поставить, первый раз за две недели. Дожился, блин, раньше-то бывало не выключался магнитофон, а тут ни одного выходного уже два месяца. Ни одного! Любые наряды, любые работы, хоть помри в этом полку – ничего не учитывают. “Людей не хватает, распишись в книге нарядов…” Ага. кипит! Так. заварим лапшу, сосиску туда же и кукурузы пару ложек. Теперь пять минут настояться, а мы пока кассету… так, Лаэртский тяжеловато, “Sex Pistols” не то настроение, “Doors” – это вечером лучше… Вот. “Монгол Шуудан” пойдет…
Ну вот. поели – теперь можно и поспать. Кассету долой, включаем радио, будильник на 15.30… Спать, спать…
* * *
…Это который же раз за день я просыпаюсь? Все равно мало, сон неполноценный, то – ночью в холоде, то утром – в тряской машине, то днем – обожравшись, все время в ожидании будильника. По второму разу – ботинки потуже шнуруй, опять пешком идти, галстук, записная книжка на месте, кобуру – на портупею, ремешок с карабином, выколотка – все на месте. Шире шаг!
Толпа на остановке – к чему бы это? Эй, мужики, чего стоите, пиджачье наглое?! Виталик, пиво посреди рабочего дня – только аристократы и … саперы! – именно. Ах, я и забыл – вы же не работаете, так только, придуриваетесь. Ну, ладно, не заводись – чего не скажешь в шутейном разговоре… Нет. серьезно, что – дежурку пустили? Вот. здорово, время съэкономим. А вот и она… Опять “душегубка”: весь выхлоп не в трубу, а в салон гонит. Ну, выбирать не приходится, как говорил Борис Сергеич – погнали… дерьмо по трубам.
Знакомой дорогой, в который уже раз…Шашлычная, школа, заправка, встречная машина – 17 + 64-81 получается, еще одна 93 + 98 = 191. 257 + 38 – не люблю эти новые номера, всегда одно из слагаемых одно и то же – 295 в сумме – а машина-то не местная, из Иркутской области, далеко забралась. Эх. скудна здесь природа – сосны да тополя, клены только в парке и кусты какие-то яркие вокруг школы, изредка в лесу береза – воистину золотая, далеко видать. Особенно просеки стали выделяться, они почему-то именно березами зарастают. В этом году еще ветров долго нет, а то все лиственные уже без единого листика стояли бы. А тепло-то как! На полигоне метеокомплекс показывал минус десять при ветре 5 метров в секунду, а сейчас и ветра нет совсем, и тепло – явно выше нуля. Повезло кому-то стрелять…
Конечная – артполк. Горе мне, дальше всех ходить приходится. Зато отсюда до казармы два шага, время – 15.50, хорошо, еще 40 минут в запасе, успеем как следует все проверить. Щукин, какие дела, почему караул еще спит? Подъем, Тихонов. Кузьмич, фашист недорезанный, вставай… Куда пошел?! Я тебе дам – “пошел”, собственной портянкой пристукну, вставай! Ах, “не узнал”, ах, “извините” – все полы в караулке по первому разу твои, так и знай. Где начкар? В штабе – значит мне все списки проверять…Так, становись. Пост Бумеев, Кузьмин, Абросов (маленький негодяй). Конвойные – Тихонов, Забойщиков, выводные – Маркус, Галкин. Нормально, если не считать Бумеева но кличке “Культур-мультур”. Вот чудо-воин, родного башкирского не знает – точно не знает, Мустафа проверял, а по-русски с таким акцентом говорит, что никто понять не может, если непривычный. Устав для него – тайна за семью печатями – каждую ночь не спит, читает, а запомнить не может. Двое их таких – он и “брат-близнец” Мумсев. И кликуху-то им Мустафа одну на двоих придумал – “Культур-мультур”… Ладно, мыло-полотенцс-бригва-зубная щетка – у каждого есть? А в вещмешке что? – сахар и масло – коряк, стало быть, по случаю?.. – просто так? Ну, с богом, пошли оружие получать.
Самая муторная часть подготовки к караулу – это получение оружия. Начкар с помощником прицепили свои ПМ’ы, обоймы ваяли и – вперед, а караульным все проверить, расписаться в ведомости, номера автомата и ножа заучить, – а память девичья, все развесить как положено, подсумки старые, ремень с бляхой в них не лезет, пока подцепят… ох, муторно! Бумссв, дурачок, порвешь ремень. – где новый достанешь? Сними бляху, не надрывайся! Вот за это – ящик с патронами тебе с Кузьмичем достанется. Через голову не доходит – будем через руки учить. Ну, что Дим Димыч. вроде все – пошли?
Только не это! Галина Дмитриевна, письма перед караулом в руки не дают – кто его знает, что там? В химбате в прошлом месяце бойца похоронили – точно такое же письмо прочитал. А наш Дятлов – две недели его в августе ловили – тоже после письма. Так что давайте всю пачку сюда, завтра получат. Бумеев, ты ведь знаешь русский язык достаточно, чтобы различать “завтра” и “сегодня” – руки прочь! – а то ноги протянешь. А очень просто – не сменю с поста…
Смотри-ка, притих. А скажи такое Забойщикову – “Устав запрещает…” Точно, есть такая статья – менять часового надо вовремя. Вон Бурксев в шгабе отирается все время, даже спит в кабинете начальника разведки – ведь его боятся все солдаты. В учебке еще случай был, с резонансом на весь округ: не сменили с поста, простоял всю ночь. Heт, как это получилось в подробностях, не знаю, но – факт, не сменили. На следующий день приходят, а возле его вышки два десятка бродячих собак валяется – перестрелял за ночь, снайпер хренов. И крыша после этого поехала. Тихонько так, но оружие ему не дают. И комиссовать не могут. Маркус вон на но-шпе, считай, живет, начмед дивизии за него просил – и тоже не комиссуют…
Нет, только не в кузов! Дим Димыч. имей совесть… ладно, ладно, я понимаю – начштаба полка и начкар большие люди, с солдатами в кузове им западло… Ковалев, а ты куда? Опять под арест? “Не расстанусь я с губою…” Уникум этот Ковалев, сам рассказывал: “19 лет отмечал в армии, 20 и 21 – в дисбате, есть шанс и 22-ой день рождения тут же отмстить…” Неимоверной силищи мужик, мастер на все руки, но с пяти грамм спирта голова дурная делается и – пошел куролесить. Даже в госпитале ухитрился начмеда округа, генерал-лейтенанта, куда-то там послать… А сколько он носов-челюстей посворачивал – и ведь каждый раз ему везет. Другой бы уже на нарах парился, а за этого кто-нибудь да вступится. Последний раз – комендант, он ему такие решетки сварил…
* * *
…К машине! Вот она. наша цитадель – гарнизонная гауптвахта. Старый караул через амбразуры смотрит, ждут смену… Привет, Андрюха, как жизнь?.. О. опять комендант – а ну. шире шаг. бегом на караульный городок… Становись! Равняйсь! Смирно!.. Да. товарищи солдаты, пока начштаба не слышит, последние сводки с фронта: из старого караула на губе останутся уже двое – за передачу губарям курева и за сон на посту Думайте сами, стоит ли идти по их стопам.
…Сколько ни говори, сколько ни пугай – толку нет. Или уснет кто-нибудь, или на стенке чего напишет, а у начгуба зрительная память просто замечательная, все рисунки и стихи помнит во всех камерах. Единственное, что удерживает его от тотальной посадки всех моих гвардейцев в одну камеру – некому их заменить. Два состава караула, 14 человек плюс двое – трое резерва из 60 бойцов набирается кое-как. Все остальные либо чудики, вроде Буркеева, либо под подозрением, как Дятел-дезертир. Хотя Дятел-то просто хитрый парень: не захотел в караул ходить – и удрал на две недели к тетке, пиво пить. У него вообще тут полгорода знакомых… Тихон, смотри, штык-нож отвалится! Опять вы этот 12-76 взяли, мучайтесь теперь сутки. И я вместе с вами… С этим ножом история была: пошел Забойщиков в караул первый раз, вышел на пост, отстоял… Выходит после смены разряжаться, а лезвия у ножа нет. Я тогда чуть не поседел: заснул, думаю. Забой у двери камеры, а этот самоубийца из одиночки вытащил у него лезвие и сейчас харакири себе делает… Потом уже сам Забойщиков догадался – он ведь самый длинный в полку, шагнул за порог гаупвахты. а ножом в верхнюю балку ткнул – вот лезвие и застряло в щели. Приходим на губу – точно! Висит лезвие, прочно гак вонзилось… Бумеев, не мучай чучело – будешь потом новое делать! Вообще, закончить занятие – воь начкар от коменданта идет, на развод пора.
… Нет, развод – это скука адская. Добро бы что-то новое, а то ведь все реплики, паузы и сцены уже наизусть знаешь. Только патрульные вносят разнообразие – то не явятся в наряд, то явятся, но пьяные… Все хорошо, что кончается, вот и развод кончился – шире шаг! Кто что принимает у старого караула – знаете, Бумеев – шинель свою не забудь, автоматы – в пирамиду, Маркус, ты не сдаешь – за ужином поедешь. Ну, с богом, пошли.
* * *
…Караул – это почти уже второй дом. Даже книга в ящике стола лежит, никто не возьмет, знают, что моя. Так. запишем недостатки, все старое .. спичек нет. аптечка пустая, даже бинта нет. слепок на ящик с боеприпасами – тяжелый, зараза, два цинка в нем – цел и невредим, позавчера только новый сделали. Постовую ведомость, ведомость выдачи оружия и график выставления постов – на видное место. Ключ от пирамиды- в карман, поглубже… вон плакат висите фотографиями расстрела караула в 94-ом… и оптимистическая надпись: “Ключи передал – пулю получил!” Бывает, конечно и такое…
…Звонят в ворота, ужин привезли… вовремя – я чуть было не уснул… Хорошо начкару – поужинал, спать лег. А мне до 9 утра, но это далеко не всегда так… Вон, Андрюха, что сменился – тот только пожрать встает и проверяющего встретить. Поэтому и ставят с ним помощником Вадика-карьериста. Всего год как парень из училища, а уже начштаба дивизиона, все сам сделает, за всем проследит, да ведь не разорвется на сто маленьких Вадимов – вон два дурачка из вчерашнего состава попались, теперь плац топчут, аппетит нагуливают.
Абросов, что это я вижу? Куда ты свой хобот засунул, кто тебе разрешил за стол садиться? Я сказал: “Накрой!”, я не говорил – иди. ужинай. А ну. убежал за начкаром… Садись. Дим Димыч. кофею попьем. И ты. Кузьмич, кофе наливай, да почернее – не дай бог заснешь. Хотя самый сон с часу ночи до шести, самое тяжелое время для часового. В эти часы и стреляются, и в побег у ходят.
…Ну вот. 23.00, активная фаза, можно сказать, кончилась, арестанты спят, оба поста выставлены, проверяющий только в час ночи… Начинаем наш конкурс на знание устава. Караул, в ружье! Бумссв. чудовище, по тревоге хватай любой автомат, сколько можно говорить… Обязанности. Ладно, знаешь. Применение оружия. Что такое караул. Длина цепи караульной собаки… Мало ли. что у нас нет – знать должен, комендант тебя каждый раз спрашивает Спать не ложишься. Иди учи! Маркус, твоя очередь… Стоп, мы же “боевой расчет” забыли, кто куда бежит в случае тревоги. Построились заново, читаем…
* * *
…Вставай, вставай. Давлетов, надо камеру осмотреть… Начгуб про тебя персонально предупредил: склонен к суициду. Хотя, по-моему, ты скорее другого зарежешь, чем себя. А вот это ты начгубу сам скажи, вы же с ним из одной деревни… А ты не джигит. Давлетов, ты бестолочь. Собственному земляку – кунаку своему! – два пальца отстрелил и ухо – за что? Мужик калекой стал, а ты сядешь, Давлетов, сядешь и надолго – ты и здесь уже дров наломал. Нет. ты мне неинтересен, но я лучше с тобой поболтаю, чем на топчане в караулке усну.
* * *
…3 часа ночи – меняем часового у входа в караулку, 4 часа – в помещении гауптвахты… 5 часов – у входа… 6 часов – подъем! Двое на дом комдива, подметать Маркус, пойдет комдив, смотри, чтоб все в порядке было. А может и не пойдет, может в штабе ночевал… Ох. тошно мне. голова как чугун, банку кофе за ночь приговорили с часовыми. Надо было хоть сгущенки купить, перебило бы этот кислый привкус. Дим Димыч, вставай, комендант пришел… Нет уж. я за ночь шестерых проверяющих встретил, комендант – это твое…
Что ж это делается, люди добрые? Время 8.30, а завтрака все нет. Вот, приехали! Ну, чего там стряслось? Электричества не было, приготовить не успели… А у нас прокурор телефон оборвал, подследственных на допрос вызывает…
* * *
Где тут моя записная книжка… впишем новую дату: “До дембеля – 31 день”. Длинный был день – встал я в пять утра, ложусь сегодня в 9 – итого, выходит 29 часов… Галстук долой, ботинки на батарею… Кто там близко? Галкин, слушай мою команду! Я – спать, не кантовать, при пожаре выносить первым. Всё. спать, спать, спать…
Примечания:
СОБ- старший офицер на батарее.
РМО- рота материального обеспечения.
РЛС- радиолокационная станция.
КНП- командно-наблюдательный пункт.
В. МИХАЙЛОВ.