Уик-энд на Пилораме

Ю. Мамин-Белорус

«УИК-ЭНД НА ПИЛОРАМЕ»
Фест московского журнала КонтрКультУР’а

ДК МЭИ. 3 июня 1990 года.

«…как много в этом
звуке… слилось…»

…А 2-го июня в ДК МЭИ был «лом».

Ни о каких билетах не было и речи. Пипл пытались взять ДК приступом, как некогда их прадеды «Зимний», и выдавливали друг из друга зубную пасту. Студенческие массы жаждали попасть на (в) КРЕМАТОРИЙ. Это, в общем-то, согревает сердце — имею в виду такой редкий ныне ажиотаж на рок-сейшене, хотя можно было бы найти объект паломничества и покруче. Что и доказал день грядущий, хотя…

…на этот раз никакого «лома» не было. Был тройной кордон из ментов и комсомольских «оперов», обращавшиеся — справедливости ради надо упомянуть и об этом — с народом достаточно пристойно… На сцене стоял «кремовский» аппарат. (На первый взгляд достаточно внушительный). Вот только чем порадовал накануне КРЕМАТОРИЙ своих фанов, сказать трудновато, ибо…

…как только заиграла первая команда — нижегородский ТРЕСТ — стало понятно, что… ничего не понятно! Натуральная контркультура! Звук уходил куда—то в район балкона. О том, чтобы разобрать, «о чем поет ночная птица», т.е. взъерошенный парнишка с гитаркой через плечо, и речи не было. Кажется, это был некий «панк». Впрочем, кто его знает. Номером вторым был уже легендарный, (увы, легендарный не у нас) Ник Рок-н-ролл с группой КОБА.

Оговорюсь сразу, Ника я видел впервые и то, что увидел, конечно, врезалось в память совершенно отчетливо и надолго… разодравший майку, голый по пояс Ник поет, шепчет, вопит, рычит «Насилие, насилие, последнее усилие-е-е…» … Ник плавает «лебедем», застывает, падает на колени… Фаны угощают его «портвешком»… Витька Пьяный (гитарист КОБЫ), закатив глаза, визжит нечто в микрофон… со сцены в зал катится волна звериного магнетизма, черной энергии…

Так и подмывает написать, что это было очень… ну, очень… просто очень… Но, во-первых, аура — выражаясь термином С.Гурьева — группы и аура зала, мягко говоря, не стыковались: фаны, похоже, ждут чего-то другого. Погыгыкивают, шляются по залу, болтают, курят. Во-вторых, опять, ни бельмеса не слышно. О чем он там рычит, об чем страдает, чаво матерится? А черт его знает!

Едва Ник слинял, стало понятно, чего сюда приперся народ.

Пред наши очи предстали пятеро жлобов в жупанах, тельниках, папахах, портупеях, с черными лентами — новое анархистское воинство первопрестольной — МОНГОЛ ШУУДАН. Девочки и мальчики перед сценой полезли друг другу на уши… Что тут скажешь? Живы в народе идеи Нестора Ивановича. Хотя и попахивало это местами советским навозцем. Было весело (кому-то). Даже танцевали (где-то). Правда в папахах и тулупах много не напляшешь, так что вещи на третьей на сцене начался процесс «совлечения одежд», за границей тонко именуемый «стриптизом»… Впрочем, размазывать тут нечего: С.Гурьев (главный идеолог КонтрКультУР’ы) в приватной беседе окрестил сей бэнд «андерграундизированным ЛЮБЭ». Как в сук(у?) влепил.

А тут еще на сцену вылезли какие-то германцы, то ли THE CAF, то ли еще чегой-то. Профессионалы. Барабанщик — белокурая бестия — пластик рвет, басист долбит, как и положено. Опять же, вокалист поет нечто английски-слезное. Бе-ло-рус-ская фи-лар-мо-ния. Тут я почувствовал себя дома и по белорусскому обычаю мне захотелось выпить чего-нибудь красненького. Но, ничего, увы, не было, пришлось довольствоваться дрянным московским «Беломором».

«Московский ответ» Нику — бывший «исполнитель матерных песен» Саша Лаэртский — живо интересовал мою трепетную провинциальную душу: тоже вроде бы гвоздь программы.

Увы, мне, увы! Факир был пьян, и фокус не удался! Ритм пытался держать один басист, остальные… Пауза. Сакс чего-то там дудел, гитарист чтой-то бренчал, обдримчавшийся Сашок тянул вроде что-то веселое… для тех, кто знает текст. Я не знаю — мне было грустно. Мат, кажись, остался, песен…

Киевская РАББОТА ХО попыталась отстроиться лучше и в какой-то мере это ей удалось. (Надеюсь, что тот минимум текста, который был, особой роли не играл, музыка же была слышна и просто БЫЛА).

Энергетика «рабботников» иногда заставляла прикрывать глаза. Бас, пропущенный через пяток-другой примочек, скрежетал нечто сюрреалистическое. Сережа Попович вконец изнасиловал свою гитару…

Потрясающее впечатление! После РАББОТЫ экзерсисы наших «конвентов» и «проездов» кажутся патриархальным детским лепетом (или просто говном?).

(В перекуре между двумя канцертами мои стоны по поводу качества, извините, звучания пресек оператор ПОРТ-АРТУРа Антон, заявивший, что «в этом зале звук всегда был такой»…).

Тем не менее, на втором концерте все бэнды звучали совершенно пристойно, а иногда и вовсе неплохо…

ВОЛОСЫ (Томск) я прогулял… Говорят, мои коллеги долго протирали глаза, ибо вокалист здорово смахивал… на меня! «Ничаво,- было общее резюме,- можешь лезть на сцену»…

Киевская ИВАНОВА ОСЬ, по мнению редактора тамошнего журнала «Гучномовець», — это попс. Моа быть, мога быть… Однако ж клево, мило, весело, в кайф! Переиграли ребята, кажись, на всех инструментах, которые умудрились с собой привезти, от сакса и флейты, до каких-то дудок и аккордеона. Пипл приняли ИО с настоящим советским воодушевлением, кривая настроения резко поползла вверх… Запомнились «Гимн Коржику» и «Кочумай». Долой занудство на рок-н-рольнон фронте!

Говорят, что с группы БУДНИ ЛЕПРАЗОРИЯ (БЛя) в Томске началась психоделия. Что ж, очень возможно. Правда, от лепразория (лечебницы для прокаженных) — только сшитая из мешка маска трубача. В остальном все это больше смахивало на нормальный совковый дурдом. Гитарист—вокалист в форме сельского подростка всячески демонстрировал, что у него «головка бо-бо», чем-то неуловимо смахивая на нашего Васю Ш.

Объективности ради стоит отметить, что Вася покруче томича, хотя музон ЫЫЫ более… традиционен что ли, чем у БЛя…

ЛЕПРОЗОРИЙ прошиб-таки народ своим хитцом «Любовь»:

Вот растет цветок,
А рядом другой цветок.
Вот растет дерево,
А рядом другое дерево…
А ты — лесбиянка,
И я — лесбиянка…

Провожали ребятишек те-оплыми аплодисментами…

О калининградском ЦК ОХРАНЫ ТЕПЛА мы уже сказали массу хвалебных слов, когда описывали их «сырковый» триумф. На этот раз все тоже было «ошень, ошень по кайфу». Добавить можно разве, что Олди изрядно приблизил свой имидж к «марлеевскому»; да в группе появились два новых гитариста, а это привело к тому, что вещи обрывались… э-э-э, несколько спонтанно. (О чем высказался и сам Олди). Пару раз матерные слова в текстах были заменены их литературными эквивалентами, что, впрочем, не отразилось на общем настроении «улета».

Вообще, не знаю группы в Росии, которая играет сейчас вот такой слегка русифицированный вариант реггей. Выступление ЦК — для тех, кто врубается — совершенно торчковая возможность достичь полнейшего оргазма, прилагая для этого минимум усилий…

МИССИЯ: АНТИЦИКЛОН (Магадан).

Классический квартет: три гитары, барабаны. Парчовые красные шаровары, хвостики-бантики басиста-вокалиста, бритый череп гитариста. Мощный гитарный драйв. Парочка микрохитов: «Поцелуй меня в задницу» и «Злой самолет». Ровно и сильно. Был момент, когда басист вежливо подсунул свою балалайку торчавшим у сцены фанам, и они дружно и мило что-то там дерганули…

9 (Барнаул)

Толстенный вокалист в жилете на голое пузо. Периодически выскакивает мальчик в военной форме, и «мочит русского», разбрасывая ноги в стороны. Он же пару раз вылазил с мегафоном, но, чего болтал, было не разобрать. Опять же не без драйва. И тихого кайфа, который легонько «окутал» катящийся к концу фест, они не поломали… Почему-то подумалось, что тамошние жители повально торчат на этой команде …

Последним вышел Гурьев. Ждите, мол, в июне второй номер КонтрКультУР’ы. Ждем…

P.S. Все клево, бэби, все путем!

Удалось пронаблюдать воочию целый срез расейского рок-н-ролла. Поцокать языком, покопаться в памяти на предмет, кого бы мы, т.е. Белораша, смогли выкатить на этот сэйшн. УЛИС? Хм — м прягом. Жаль, жаль, жалко мне…

Эх, кабы еще не пилорамный звук…


Обсуждение