1. Случай в пионэрcкой комнате. 2. Одлопез 2. 3. Подражание Конфуцию. 4. Баллада о летчике Камышине. 5. Турист. 6. Самба Хопкинс. 7. Ярмарка 1. 8. Ярмарка 2. 9. Хор Затейников Кондукторского Резерва. 10. Свинух. 11. Рыбак и Гроза.
1991, Студия ЛДМ.
Начнем с цитаты. Я извлек ее из заметки “Клуб параллельного искусства”, напечатанной в замечательной московской газете “Гуманитарный фонд”. Автор статьи Ольга Каминская совершенно справедливо пишет, что “НОМ – это не рок, не театр, не балет, не поэзия под музыку, не балаган; но точно также можно сказать, что НОМ – это и рок, и театр, и балет, и балаган, и поэзия, и музыка, и что-то еще.” Ко всему выше сказанному остается добавить, что НОМ – это короли музыкального абсурда, достигшие высокой степени идиотического просветления.
Абсурдистский сюжет – вот основа НОМовских опусов. Музыка, представляющая собой разнообразные стилизации, является прекрасным, в меру выразительным фоном для этих сюжетов, причем нельзя не отменить наличия определенного прогресса по сравнению, хотя бы, с предыдущим альбомом. Все продумано, отточено, ничего лишнего, налицо осмысленность различных тембральных манипуляций и аранжировочных кунштюков. О рок – специфике в данном случае я бы не рискнул что-либо говорить, однако отрадно, что именно стихия рок – культуры явилась чем-то вроде крестной для все этих непостижимых Одлопезов, Летчиков Камышиных, Самба Хопкинсов и прочих обитателей НОМовского паноптикума. Еще следует выделить несомненный артистизм вокала – все-таки понятие “театральность” очень многое определяет в этетике группы – и также изощренность вокала. Трудно сказать, что звучит гнусное – НОМовские солисты (они все солисты) или НОМовский хор; возникают бредовые мысли о вывороченном наизнанку панк-принципе (для Свиньи, кстати, панк – это прежде всего клоунада), пропущенном через абсурдист- кую мозговую мясорубку. Поскольку предыдущая фраза – несомненный Эверест предлагаемой рецензии, то не грех и закончить. В качестве поскриптума могу сообщить, что вскоре после “собачьих чертей” НОМ записал еще четыре песни, нечто вроде “сингла”. Одна из них, “Мина”, уже не однократно испольнялась на концертах. Сочетание электронно – холодного саунда и обрыков восхитительно дегенаративных фраз успешно погружает в недюжинную прострацию зал любого социального содержания.
Старый Рокер
